Книга Больше, чем сделка, страница 111 – Дж. Дж. Пантелли

Я запихиваю в чемодан вещи, а передо мной, как гребаный мираж, стоит Эйден со своими жалкими оправданиями. Мне противно, но в то же время сердце разрывается от боли. Вранье, что нельзя полюбить за столь короткий срок! Наглая, мерзкая ложь! Я люблю его… но не выдержу ни минуты в этом городе, в этой стране. Отец забронировал билеты до Сиднея. Того, что в Австралии. И завтра в семь часов вечера мы оба улетим в новую жизнь. Случайно задев чемодан, замечаю на покрывале под ним фотку Эйдена. Черт! Она затерялась где-то в подкладке и теперь, как острое лезвие, режет мне душу. Я сминаю ее до противного хруста, а потом расправляю и толкаю в боковой кармашек чемодана. Зачем?! Поглаживая живот, сажусь на кровать и всхлипываю.

— Слушай, ты не знаешь, где мой бейсбольный мяч с автографом Пуйольса?

Лукас заходит в комнату, широко улыбаясь, но, когда видит меня в слезах, тут же садится рядом и обнимает.

— Прости, сестренка.

— Все в порядке.

— Знаешь что? Я никогда не женюсь. К черту любовь и все, что с ней связано! – машет руками.

— Еще как женишься. Найдется та, что растопит твое сердце, – шмыгаю носом и встаю, чтобы продолжить сборы.

— Ага, хрен ты угадала! Глядя на тебя, мне хочется утопиться.

Я закрываю чемодан на молнию и откатываю к двери.

— Послушай, тебе понравится в Сиднее. Там все будет иначе. Папа откроет филиал и будет развивать свой мебельный бренд. Ты научишься плавать и освоишь доску. А я наконец исполню свою мечту и сотру из памяти то, что случилось в Портленде.

— Ага, круто звучит. Только не вижу радости в твоих глазах, – подмечает Лукас. И он прав, на моих плечах словно груз, что никак не получается сбросить.

— Это временно, братец. Как только сяду в самолет, забуду обо всем.

— Ну-ну. А не думаешь, что Палмер тебя остановит, и, как в сопливых фильмах, вы будете жить долго и счастливо?

— Нет. Такого не случится. Перестань морочить мне голову. Иди собирайся уже!

Лукас уходит, а я прокручиваю его слова. Мне безумно хотелось бы, чтобы Эйден ворвался в самолет и снял меня с рейса. Но затем вспоминаю, как безжалостно он поступил, и возвращаюсь в реальность. Мне казалось, что Фриман причинил самую сильную боль, но это не так. Эйден Палмер не оставил камня на камне! Может быть, потому что я не любила Тимоти? Бам – попадание точно в цель! Я не ощущала этого подъема, полета, этих злосчастных бабочек в животе.

— Милая, ужин на столе. Давай проведем последний вечер в этом доме вместе.

Отец обрывает мои ностальгические размышления и не уходит, пока я не иду за ним следом.

* * *

Аэропорт Портленда кишит людьми. Безликие суетливые пчелы в улье. Колесики моего чемодана отбивают четкий бит, а глаза все равно ищут кого-то в толпе. Словно у меня параноидальный синдром. Успокойся, Эш, он не придет! Он тебе не нужен! Клара Фишер, папа и Лукас отдалились от меня, что неудивительно. Я медленнее черепахи. И вот они уже у стойки регистрации, а я все смотрю по сторонам. Наконец присоединяюсь к ним. Мы сдаем багаж, проходим досмотр, паспортный контроль и ожидаем посадки. Огромный лайнер за окном вгоняет меня в тоску. Я не знаю, вернусь ли когда-нибудь в Америку, увижу ли старых друзей, могилу мамы и… его. Нас зовут на борт. Клара крепко обнимает меня и говорит: