Книга Отраженная реальность, страница 6 – Тери Нова

Бессвязные обрывки пророческих слов никак не помогают разглядеть нарисованную картину. Хмуро смотрю на карты и прочищаю горло.

— Не хочу показаться невежливой, но не могли бы вы пояснить, что все это значит?

Рашель переводит палец на другую карту, очерчивая края вокруг полуобнаженной богини, увешанной украшениями из бусин.

— Эрзули Ла Фрамбо – лоа страсти. Ее энергия факелом сжигает любые препятствия, оборачиваясь яростью, и разрушение то предшествует созиданию, которое расцветает в израненном сердце. Танец разгневанной Эрзули, подобно мельнице, перемалывает мир или людей, чтобы создать из них что-то новое. Душевные испытания приведут к становлению духа, в ее крови решительность, доходящая до ярости, и праведный гнев, объединяющий многих людей.

— Все еще ни черта не понимаю, – качая головой, придвигаюсь ближе, опираясь о стол. Мизинцем случайно задеваю куклу, тут же отдергивая его, и Рашель косится на место, в котором моя рука только что соприкоснулась с хлопковым материалом. Затем ее взгляд встречается с моим.

– Твоя жертва станет переломной точкой в месте сплетения нескольких судеб. Сейчас ты на распутье, но верная дорога откроется внезапно, не противься тому, что уже написано звездами. Видишь эту карту? – Она хватает со стола ту, что изображает некоторое подобие празднества. – Карнавал – это начало и обновление, колесо вращается и цикл заканчивается, вот когда богиня Эрзули является миру, она чиста и девственна.

— Это точно про тебя, – раздается справа.

Готова поспорить, мое лицо вновь заливается краской, в то время как Лея издает грубый смешок.

— Заткнись! – шиплю, толкая ее локтем в бок, опасаясь, что она начнет ежегодную лекцию о напрасности многолетней выдержки моего целомудрия прямо здесь, в присутствии незнакомого человека.

— Чистота Эрзули не может быть запятнана, потому что она за гранью физической оболочки, – продолжает Рашель, не обращая внимания на короткую перепалку. – Вот где он пригождается, – гадалка поднимает со стола две последние карты, одна из которых та самая, что вызывает желание заползти под стол. – Геде Ла Фрамбо – предводитель мертвых, символизирует еще и блеск оргазма, как «малой смерти», разжигающий всепоглощающее пламя любви.

На карте, о которой идет речь, изображен сексуальный мужчина с огненной шевелюрой, обнимающий женщину в порыве страсти, переплетающийся с ней. Несмотря на смущение, я не могу отвести взгляд от пары, спрашивая себя, каково это – быть вот так окутанной коконом из мужского тела, всецело принадлежать кому-то душой и сердцем, отдаваться и получать взамен…

— Итак, рыжеволосый парень доведет ее до оргазма, лишив девственности, а потом они влюбятся и переродятся, все верно? – переспрашивает Лея, беззаботно складывая руки на груди.

Святые небеса!

Обнажив зубы, Рашель громко цокает.

— Он – первичное усилие любви и прочная опора для твоего взлета. Обычно Геде не может затянуть в мир мертвых тех, за чьей спиной стоит Большой Добрый Ангел, но рядом с тобой, увы, уже давно нет никого, кто мог бы помешать ему. – Пристальный взгляд Рашель прожигает меня сквозь кожу, однако холод по-прежнему не пускает пламя внутрь. – Он – твое спасение от оков и дорога в вечность. – Указательный палец гадалки снова прослеживает путь к первой карте, упираясь в звездное небо за спиной змеи, держащей в зубах яйцо.