Книга Я тебя чувствую, страница 34 – Валентина Торкья

Через секунду Аврора убирает руку.

— Итак, продолжим наш эксперимент, – говорит она, потом достает из рюкзака черную футболку и начинает скручивать в жгут.

Она хочет выпороть меня?.. Нет, всего лишь завязывает мне глаза.

— Мы встречаемся всего в третий раз. Не рановато ли для БДСМ?

Аврора не ведется на провокацию. Я слышу какой-то легкий шум, скорее даже шорох. Будто она что-то куда-то насыпает.

— Нюхай и не возражай, – приказывает Аврора. – Не забывай, что я учитель, а ты ученик…

— Кроткий и робкий, да-да. Хорошо, мастер Оби-Ван, но, если вы попытаетесь меня отравить… М-м-м, вкусно! Что это? Персиковый чай? – спрашиваю я, принюхиваясь.

— Точно! – радостно восклицает Аврора. – Тест пройден! Ладно, ладно, я знаю, что это было легко. Делай, что я говорю, и молчи.

Она протягивает мне что-то еще и кладет прямо в руки. Блюдце. Потом берет мою руку в свою и кладет в блюдце мой указательный палец. Кончиком пальца я нащупываю мягкий порошок. Аврора снова велит мне его понюхать.

Пахнет восхитительно. Это не персиковый чай, но тоже что-то сладкое. Может, сахарная пудра.

— А теперь пробуй, – командует Аврора, прижимая мой палец к губам.

Я тут же жалею, что послушался ее. Это что-то отвратительное. Типа самого ужасного овощного супа в школьной столовой. Или грязи, приправленной перцем чили. Я выплевываю все изо рта, срываю с глаз футболку и вижу, что мои пальцы и штаны покрыты белым порошком. Аврора сгибается пополам от смеха, и я понимаю, что я никогда раньше не видел, чтобы она смеялась, хотя мы уже несколько лет учимся в одном классе.

— Что ты мне подсунула?

Аврора смеется, указывая на картонную коробку и надорванный сине-белый пакетик рядом с ноутбуком.

— Сухие дрожжи? – удивленно спрашиваю я. – Но они так вкусно пахли, я думал, это сахар!

Давясь от смеха, Аврора рассказывает, как она в детстве попалась на эту удочку. Ее отец делал кростату^[10], а ей так понравился запах, что она сунула палец в дрожжи и потом полдня отплевывалась, отказываясь есть пирог, потому что думала, что он такой же мерзкий на вкус, как и дрожжи.

Чтобы отомстить, я сдуваю ей в лицо оставшиеся на блюдце дрожжи. Порошок попадает ей в рот, она кричит, сплевывает, а потом переходит в нападение, выхватывает из коробки новый пакетик и пытается высыпать его содержимое мне на лицо.

Она бросается вперед, обвивается вокруг меня и крутится, стараясь отплатить мне за мою шутку.

— Заставлять человека есть дрожжи – это пытка, Вольтерра.

— Если этот человек ты, Маркони, то это не пытка, а научный эксперимент.

Но я не могу посмеяться над шуткой Авроры, потому что вдруг понимаю, что ее тело лежит поверх моего.

Ее разгоряченное тело. Ее руки. Ее ноги.

Я ощущаю странное покалывание во всем теле, потом Аврора, к счастью, встает с меня.

Гостиная становится меньше, фотографии на стенах ближе, беспорядок назойливее. Какое-то время мы молчим. Аврора вытирает лицо локтями, как кошка.

— А теперь мы будем смотреть кино, – наконец решает она и поясняет: – Это вторая часть сегодняшнего урока.

Не дожидаясь моей реакции, она берет ноутбук, заходит на Deliveroo и выбирает, что мы будем есть, когда и что заказать лично для меня. И все это, не спрашивая моего мнения.

Через полчаса, снабдив и себя и меня картофелем фри и гамбургером с карамелизированным луком и беконом по пятнадцать евро за штуку, Аврора нажимает «Play».