Книга Чертовски неправильный номер, страница 91 – С. Р. Джейн

Казалось безумием, что все это произошло лишь потому, что Линкольн ворвался в мой мир, как рыцарь в золотых доспехах, намереваясь спасти меня, но именно так все и сложилось. Прошлой ночью меня впервые поддерживал кто-то, кроме Билла.

Линкольн притянул меня ближе, и его вставший член уперся в мою задницу.

— Середина ночи же, – сонно пробормотал он и поцеловал меня в затылок.

Я хихикнула, выключила будильник и попыталась выскользнуть из постели. Однако Линкольн крепко обхватил меня, переплетя даже наши ноги.

— Вообще-то уже половина седьмого.

— Еще пять минут! – застонал он и губами коснулся моей шеи, от его теплого дыхания, ласкавшего мою кожу, по спине побежали мурашки. Рядом с Линкольном было легко забыть об обязанностях, потеряться в его чарах. Но я знала, что мне пора вставать и собираться на работу, хотя часть меня, причем существенная, жаждала остаться в постели.

— Ну, пять минут не навредят, – прошептала я, и он перевернул меня на спину, теперь прокладывая дорожку поцелуев к моей груди. Линкольн склонился надо мной, я выгнулась, желая большего, и раздвинула ноги, чтобы он мог прижаться своим телом к моему. Все во мне жаждало быть ближе, раствориться в ощущениях, которые он мог подарить.

Губами Линкольн пощипывал мою грудь через ткань, и кожа вспыхивала от желания. Внутри все пульсировало, и я задыхалась, мое тело отчаянно требовало большего.

— Хочешь, чтобы я пососал твои красивые сиськи? Заставить тебя кончить? – голос Линкольна стал для меня наркотиком.

Мое тело вопило, умоляло о его прикосновениях. В ответ он нежно прикусил зубами сосок через ткань, и мой стон эхом разнесся по комнате.

— Черт, – выругался Линкольн, сорвал с меня футболку, которую вчера вынудил у него «одолжить», и подставил мою обнаженную грудь прохладному воздуху. Линкольн мгновенно прижался к моей коже ртом, одновременно шепча грязные слова, о существовании которых я и не подозревала. – Боже, ты великолепна, – бормотал он, доводя меня до предела. Он пальцами дразнил и щипал мой сосок, отчего по моему телу расходились волны удовольствия.

— Умоляю, Линкольн, – просила я, едва ли повышая голос громче шепота.

Он усмехнулся и облизал мой сосок. Именно то, чего я жаждала. Линкольн поглощал меня, посасывал и облизывал с неистовой силой, от которой кружилась голова. Он обхватил и сжал другую грудь, подводя меня ближе к краю. Удовольствие стало почти невыносимым, но мне не хотелось, чтобы это заканчивалось. Я прильнула к Линкольну, извиваясь от каждого следующего чувственного движения, и ощущала пульсацию внутри. Он точно знал, что делать, чтобы заставить меня кончить, и, очутившись за гранью, я сдалась.

— Черт, ты такая… отзывчивая, – прохрипел Линкольн и одарил меня благоговейным взглядом, прежде чем продолжить ласкать мои соски жадными неторопливыми движениями.

Затем переместил пальцы к моим промокшим стрингам и скользнул по чувствительной, пульсирующей плоти, продолжая творить волшебство с моей грудью. Я снова кончила, застигнутая врасплох. Линкольн застонал и уткнулся лицом мне в шею, пальцами он забрался под край моих стрингов и лениво поиграл с половыми губами.

— Линкольн, – выдохнула я.

Я снова опоздаю. Я погибала. Я ощущала… все.

Линкольн поднял голову и отдернул руку после того, как сделал меня влажной и изнывающей.