Книга Чертовски неправильный парень, страница 108 – С. Р. Джейн

Мне просто придется провести остаток жизни, заглаживая вину перед ней.

Оставалось всего несколько дней до крупного противостояния с «Далласом» – первого из трех матчей, в которых я сыграю против своей старой команды. И… я нервничал. Эмоция, которая слишком часто возникала в моей новой жизни в Лос-Анджелесе. Я всегда был полон тщеславия и уверенности, и это не была моя маска – я на самом деле был крутым парнем. Однако с момента, как переехал, тревога постоянно душила меня.

Даллас был моим домом. Именно здесь я подписал контракт хоккейного новичка, выиграл Кубок Стэнли… стал хоккейной сенсацией, которой являюсь до сих пор. Я не был уверен, что смогу перенести, если после моего появления болельщики, которые когда-то скандировали мое имя, будут меня освистывать.

Вчера вечером я просмотрел статистику игр «Далласа». Кас Питерс занял мое место в команде, и, как сумасшедший, я откопал все его показатели. Я совершенно не чувствовал себя виноватым, когда мысленно пожелал этому бедному парнишке провалиться в сезоне. Мне нужно было, чтобы он был отстоем – иначе я не переподпишу контракт с «Далласом».

И он был отстоем. Я улыбнулся, когда наткнулся на статью, где какой-то репортер назвал его игру «медлительной» и «вялой». Как раз то, что мне хотелось видеть.

Хотя у «Далласа» все еще были хорошие результаты. Из-за Линкольна, конечно. Когда у тебя в команде безоговорочный король среди нападающих НХЛ, то преимущество на твоей стороне. Командная работа тоже была на высоте.

Навыки Линкольна были почти сверхъестественными, а дисциплина – железной. Он стал только лучше с тех пор, как в его жизни появилась Монро. Линкольн всегда был выпендрежником, и он определенно выпендривался перед ней.

Я чертовски гордился своим приятелем. Но действительно скучал по игре с ним.

Это желание никогда не пройдет – я хотел выйти на знакомый лед, услышать рев толпы, почувствовать прилив адреналина. Конечно, я играл на аренах по всей стране, но Даллас был особенным. Именно там у меня случались одни из лучших моментов и как у игрока, и как у простого человека.

Я решил написать Линкольну – так делают люди, у которых есть самый лучший друг в мире.

Я:

Следующая неделя обещает быть сумасшедшей.

Линкольн:

Я знаю… например, вдруг ты случайно дашь пас мне вместо Сото.

Я:

Ты издеваешься надо мной.

Линкольн:

Я? Никогда.

Я:

Все. Я отправлю Монро миллион своих джерси.

Линкольн:

ЛОЛ.

Я:

ЛОЛ? Это все, что я заслужил?

Линкольн:

Если ты думаешь, что я не отслеживаю посылки и всю почту…

Я:

Монро знает, что ты немного одержим?

Линкольн:

…

Я:

Блэйк и Монро станут лучшими подругами.

Линкольн:

Я лучший друг Монро.

Я:

Успокойся, золотой мальчик. Я слышу твое это рычание даже отсюда.

Линкольн:

*эмодзи со средним пальцем*

Я отложил телефон. Люблю этого парня. Я также наконец понял, что изменилось в нем после того, как он встретил Монро. Я был абсолютно без ума от Блэйк. Приятно иметь сообщника, который в любой момент поможет успокоиться. Хотя, если подумать, он не очень хорошо справился с тем, чтобы успокоить мое сумасшествие и удержать от совершения необдуманных поступков.

Покачав головой, я вернулся к изучению статистики Каса Питерса, планируя игру и то, как собираюсь надрать ему задницу в Далласе.