Книга Чертовски неправильное свидание, страница 92 – С. Р. Джейн

— Джонс?

Она тряхнула головой, словно попыталась выйти из транса.

— Нет, что ты, никогда.

— Хорошо, – крикнул я и зашел в ванную, чтобы сполоснуть лицо водой и, возможно, нанести на волосы гель. – Потому что мне бы не хотелось снова использовать эти наручники.

Она хихикнула, словно я сказал что-то смешное. Я вообще не шутил.

Оказавшись в ванной, я посмотрел на себя в зеркало. Когда умывался и расчесывал волосы, подумал, что выгляжу… живым. Может быть, впервые.

Я всегда был относительно спокойным, адекватным.

Теперь мне казалось, что это была маска, которую мне приходилось носить, а настоящий я появился только тогда, когда мы с Оливией встретились.

Мысль безумная, если честно.

Но если ты не одержим любовью… Действительно ли ты влюблен? Пища для размышлений для всех моих ненавистников.

Когда я вернулся, она сидела на кровати, сжав губы в кривую линию. Она смотрела в экран телефона и выглядела несчастной – так, будто он лично ее обидел.

— Все в порядке, ангел? – спросил я и наклонился, чтобы поцеловать ее, потому что ничего не мог с собой поделать.

— Просто обычное напоминание, – пробормотала она, увернувшись от поцелуя и переведя глаза на окно. – Что все это не по-настоящему.

Оливия молчала всю дорогу до своей комнаты, и все это время я чувствовал, как она отдаляется от меня.

Я хотел сказать ей, что все это по-настоящему. Это самое реальное, черт возьми, что я когда-либо испытывал.

Но я должен был адекватно оценивать ситуацию – и появление в поле зрения комнаты Оливии говорило мне о том, что такого рода комментарий сейчас меня ни к чему не приведет.

— Увидимся после душа? – предложил я ей, надеясь, что отчаяние не сочится из моих пор.

— Пока, – просто сказала она, не ответив на мой вопрос, и проскользнула внутрь. Оливия заставляла меня чувствовать себя полным неудачником, потому что в моей голове еще не было плана, как сделать ее счастливой.

Я долго стоял у двери, надеясь, что она распахнется и Оливия втащит меня внутрь, из-за отчаянного желания быть рядом со мной – такого же, как у меня самого.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы наконец смириться с тем, что этого не случится.

Я вернулся в свою комнату и проверил почту, чтобы узнать, где мне нужно быть сегодня.

Вечеринка у бассейна: 14:00.

Ладно, мне нравится идея поваляться на солнце. Зазвонил телефон – со мной хотел поговорить Паркер.

— Что случилось, братишка? – спросил я.

— Мама снова не ест, – серьезным тоном ответил он, и я выругался… потому что, казалось, это длится уже вечность?

— Ты звонил доктору Кэллоуэю? Он может осмотреть ее?

— Она ходит к доктору Кэллоуэю. Она просто… – Один его вздох, и я понял все, что он хотел сказать.

Например, то, что наша мать сломалась.

Казалось, навсегда – ведь нашего отца не было в живых уже десять лет, а она так и не оправилась.

Конечно, было время, когда казалось, что она… в порядке.

Но оно никогда не длилось долго.

— Ты… – Я сглотнул, потому что меньше всего мне хотелось уезжать. – Ты хочешь, чтобы я приехал домой?

Паркер учился на стипендии за свои успехи в футболе в Университете Теннесси – выбрал учиться там, а не на западном побережье, быть рядом с мамой, помогать ей, если понадобится. Он принял на себя основную тяжесть ее… проблем.

Мы с Коулом не справились с этим… просто уехали.