Книга Чертовски неправильное свидание, страница 49 – С. Р. Джейн

Я слышал, что делиться – значит заботиться, когда дело касается успешных браков. Мы только в начале нашего пути, и уже успешно делимся друг с другом.

Внутри не было ничего, что раскрыло бы какие-либо секреты вселенной – блеск для губ, несколько мятых десятидолларовых купюр и кредитная карта с надписью Lucky Pic, LLC. Интригующе, но вряд ли достаточно, чтобы раскрыть загадку моей девочки-ангела.

Я положил сумочку туда, откуда ее взял, а затем достал телефон, осторожно сделав фото ее идеального лица, ну ладно… несколько фото.

Нет, я не считал, что мог забыть, как она выглядит, но фотография сильно бы мне помогла, если бы она проснулась раньше и решила, что ей действительно нужен был только секс на одну ночь.

И мне пришлось бы искать ее.

Забравшись обратно в кровать, я лег на подушку и стал наблюдать за тем, как она спит. Было бы странно обнять ее? Я мог бы притвориться, что это произошло во сне. Такое обычно постоянно случается в романтических комедиях.

Я решил рискнуть. Она позволила мне обнять себя сразу после секса. Теперь, наверное, обняться было бы нормальным. Притянув девушку к себе, я уткнулся носом в ее шею, желая вместо этого войти в ее киску своим членом. Мои губы застыли на пульсирующей вене на ее шее на целую минуту – какая-то странная часть меня была одержима тем, как это ощущалось. Я неохотно остановился, когда она пошевелилась в моих объятиях.

Будить ее было последним, чего я хотел. Если бы она проснулась, то могла бы решить, что между нами все кончено, и уйти. Я устало моргнул, пытаясь не заснуть. Я был в эйфории с того момента, как увидел ее сегодня вечером, адреналин от игры и всего остального держал меня в тонусе.

Но… это было чертовски много для одной ночи и… мои веки отяжелели. Я просто закрыл их на секунду. Я не мог заснуть… пока не смогу убедить ее, что она должна остаться, а не уйти.

Лунный свет проникал сквозь шторы, отбрасывая мягкое сияние на всю комнату. Я стояла у двери, мое сердце потяжелело от боли, которую я старалась изо всех сил игнорировать.

Уолкер лежал в постели, он был нахмурен, его рука сжимала простынь, словно он искал что-то, ускользнувшее из его объятий.

Все внутри меня кричало о том, что мне нужно остаться, заползти обратно к нему в постель, утонуть в чувственности момента.

Но это был не мой путь. Потому что хорошие вещи никогда не предназначались для меня.

Я почти ничего не знала о нем, но то немногое, что мне удалось о нем узнать, давало понять, что он слишком хорош для того, чтобы разгребать мое дерьмо. Он заслуживал гораздо большего, чем хаос, который преследовал меня.

Слезы навернулись на глаза, когда я посмотрела на него в последний раз, запечатлевая его образ в памяти: его растрепанные волосы, то, как губы изгибались во сне. Я хотела сохранить его в своем сознании, помочь себе преодолеть то, что ждало меня после того, как покину этот дом.

С тяжелым сердцем я отвернулась, бесшумно выскользнула из пентхауса и вошла в лифт. Нажав на кнопку первого этажа, я прошептала тихое прощание.

«Так будет лучше», – пробормотала я в миллионный раз.

Город снаружи уже просыпался, машины сигналили и проносились мимо, резкий контраст с тишиной, которую я оставила позади. Каждый шаг, который уносил меня от него, ощущался как настоящая боль.