Книга Праздник не по плану, страница 6 – Наташа Мэдисон

— Я сделал это для тебя. — Он протягивает мне красную коробку с надписью «ХО-ХО-ХО» на крышке.

— Что это? — спрашиваю я, снимая крышку, обнаруживая внутри рождественское печенье. — Домашнее?

Беру одно и откусываю.

— Ага. — Парень ухмыляется. — Мне нравится печь, это меня расслабляет.

— Очень вкусно, — хвалю я, тут же беру другое: похожее на шоколадное печенье с белой посыпкой. — Я впечатлена.

— Это семейный рецепт, — говорит он. — Когда ты уезжаешь?

— Через два дня, — отвечаю я, возвращая оставшееся печенье в коробку, чтобы насладиться им позже.

— Ты взволнована? — спрашивает он меня, и я качаю головой.

— Я люблю свою семью, правда, — говорю я, и он усмехается. — Но они могут быть немного утомительными, а еще моя мать превращается в «маму-монстра» и сходит с ума. Мой брат пытается сделать так, чтобы все были счастливы. Его будущая жена постоянно выкладывает сторисы, которые никому, на самом деле, не нужны. Я отключила уведомления в чате подружек невесты, потому что мне просто нужно знать, когда появляться.

— Свадьба на Рождество, между прочим, — поддразнивает он меня, пока я открываю свой шкафчик и кладу коробку печенья в сумку. — Ты, наверное, умираешь от нетерпения.

— Единственное, что я знаю о свадьбе, — сообщаю я ему, — это цвет моего платья. Оно ярко-красное, а не зеленое, слава богу, и то, что там будет открытый бар. — Он смеется надо мной. — И то, что я увижу всю свою семью. Так что из трех пунктов два — совсем неплохо.

— Боюсь спросить, что именно тебе не нравится, — говорит он, закрывая свой шкафчик и кивая мне. — Не могу дождаться увидеть фотографии.

— Обязательно сразу же выложу их в социальные сети, — шучу я.

— Последнее, что ты выкладывала в социальные сети, было два года назад, и это было фото тебя на пляже с кем-то из твоих кузенов.

— Я была занята. — Снимаю стетоскоп с шеи, убираю его в карман куртки и пожимаю плечами, пока он открывает дверь и уходит, оставляя меня одну.

Рождественская музыка тихо играет из маленькой колонки в углу, и я начинаю думать, не включена ли она на повторе, чтобы свести меня с ума. Как только моя смена заканчивается, я ухожу. Кто-то любит посидеть и расслабиться, кто-то даже принимает душ здесь, но я всегда стараюсь вернуться домой как можно скорее.

Гейл выходит в то же время. В одной руке у нее ланч-бокс, в другой — сумочка, когда мы покидаем отделение неотложной помощи и выходим на солнце.

— Сегодня будет жарко, — замечает она. — Увидимся вечером.

— Еще два дня со мной, Гейл, — говорю я ей, — а потом, что ты будешь делать без меня?

— Наслаждаться пением рождественских песен, не слыша: «Заткнись». — Она косится на меня, и я смеюсь, направляясь к своей машине.

Телефон звонит, как только я сажусь за руль.

— Доброе утро, мама, — приветствую я, когда телефон подключается к Bluetooth. — Разве тебе не пора в постель или, не знаю, отдыхать?

— Столько всего еще нужно сделать для свадьбы. — Она игнорирует мой сарказм. — Ты вещи собрала?

— Мам, я уезжаю через два дня, — говорю я ей, — это проблема завтрашнего дня, или вообще отложу на день отъезда.

— Почему ты ждешь до последней минуты?

— Мам. — Я сканирую свой пропуск и жду, пока откроется шлагбаум. — Я еду домой, если что-то забуду, то уверена, что смогу купить это там.