Онлайн книга «Вдова из Последнего утеса»
|
Он понимает, что она видит его, и улыбается. — Сейчас отдыхаешь, — говорит он, — а по моему сигналу — толкаешь изо всех сил. Поняла? — Он жив? — только и выходит спросить. Тодд кивает. — Да, я чувствую, как бьется его сердце. Совсем слабо, но бьется. Времени у нас нет, одна попытка. Постарайся, хорошо? Ты справишься. — Да, — кивает она. Словно не на самом деле все это. Словно сон. Почти невозможно. Но так даже лучше, во сне возможно все, любые чудеса. — Тогда сейчас закрой глаза. Она закрывает. И он тихо-тихо поет. Да, это другая песня. Но от этого становится хорошо, и все тело наполняется теплом. Тепло и легкость. И становится легче дышать. И это тепло, оно собирается внутри, копится, растет, но не жжет, не становится горячо. Словно новой жизнью наполняет. И хочется уже что-то сделать, вот сейчас… — Подожди, — шепотом говорит он. — Подожди, еще чуть-чуть. По моей команде. И поет снова. И вся боль, весь страх уходят, становится так хорошо… почти нереально. Вокруг свет… — Еще чуть-чуть… И он рисует на ней, прямо на коже, какие-то узоры… древние руны? На ее животе. На мгновение в этом видится что-то неприличное… разве мужчина может так? Но только на мгновение. Совсем не до этого сейчас. — Давай! — требует он. Вдруг словно огонь льется в ее тело. И она кричит. Так громко и так отчаянно, как, кажется, давно уже не могла. Все тело напрягается в едином порыве. И разом возвращается боль. — Давай! — требует Тодд. — Давай же! И она… Она очень старается. Изо всех сил. Очень-очень… Но никак не выходит. И так плохо, что невозможно терпеть… и… Нет. Кричит. Ничего не выходит. — Я не могу, — всхлипывает отчаянно. — Я не могу, прости. — Ничего, — говорит Тодд. — Сейчас расслабься, чуть отдохни и потом еще. — Ты говорил… один раз… — Забудь, — он гладит ее волосы. — Ничего не бойся. Попробуем еще раз. Закрой глаза. Она закрывает. И он поет ей эту песню снова. Но только в конце кажется, у него самого уже дыхания не хватает и не хватает сил. Хрипло, слова даются с трудом. Чувствует, как его руки дрожат и все больше. Это последний раз, да, теперь точно. На третий — Тодда уже не хватит, он и сейчас заканчивает песню из последних сил, шепотом, едва не теряя слова. Это магия, и магия отнимает силы. Но Кейлен чувствует, как сила и тепло снова наполняют ее. Сейчас. — Давай! — требует Тодд. И свет вдруг захлестывает, наполняет. Кейлен почти теряется в потоке света. И изо всех сил… сейчас, она постарается. Давай… И вдруг чувствует, как это происходит. Оглушающая боль, разрывающая ее, а потом вдруг… р-раз… и так легко. И все. Словно все случилось. Она чувствует. Еще не видит толком, но скорее слышит, как кидаются к ней. Что-то говорят. Суетятся. — Мальчик, — говорит кто-то. — Он не дышит. Мертвый… синий, смотри какой… И разом накатывает паника. — Да вроде дышит, — другой голос. — Ты посмотри… Кейлен рванулась бы смотреть тоже, если были бы силы, но она даже голову поднять с трудом может. — Что там? — кричит она. — Что с ним? Что? — Тихо! — требует Тодд. — Подожди, сейчас. Тодд берет его. Что-то маленькое у него в руках. Он так бережно держит, осторожно. Маленькая ручка свисает с его ладони… О, боги… Чуть отползает с ним в сторону, озирается, садится на полу у кровати… встать у него не выходит. Садится, кладет ребенка себе на колени, обнимая его… наклоняется над ним. Тихий шепот… Песня? Он поет что-то ребенку. Долго… И вокруг него и в его ладонях тихо-тихо разгорается мягкий свет. |