Книга Вдова из Последнего утеса, страница 36 – Екатерина Бакулина

И чем больше начинает уставать, тем быстрее и резче начинает отвечать Тодд. А потом и вовсе переходит в атаку сам, успевая несколько раз ткнуть тупым концом по ребрам, по ногам… не сильно. Это не так просто на самом деле — чтобы не сильно. Потому что азарт горит и хочется убить.

— Эй! Хватит! — кричит Хакон, когда ему кажется, что Тодд совсем уж зарвался и Эрик отступает, едва-едва успевая…

— Я вижу! — отзывается Тодд, давая понять, что он контролирует и не потерял голову.

И выбивает меч из рук Эрика снова.

Опускает свой.

Эрик стоит, тяжело и испуганно дышит. Весь мокрый, волосы прилипли ко лбу. Щеки красными пятнами. Пятится на шаг.

— Подбери, — говорит Тодд. — Немного отдышись и давай снова.

Паника. Он устал.

— Ага, — все же соглашается Эрик, вытирает пятерней лицо.

Шатаясь, идет подбирать.

— Хочешь совсем загонять парня? — спрашивает Хакон.

— Мы же собирались посмотреть на него в деле, — говорит Тодд. — Вот пусть и покажет.

Да, хочет загонять. И, может, выйдет напугать так, чтобы этот парень уехал… слабая надежда, но все же.

Но и посмотреть в деле тоже, если вдруг останется. Не столько умения уже, сколько характер. Иногда это даже важнее — драться до конца и не отступать.

Поднимая меч, Эрик чуть не падает, наклонившись и почти потеряв равновесие. Но удается удержаться на ногах. Сжимает рукоять обеими руками, идет. Руки от усталости подрагивают.

Тодд успевает Хакону подмигнуть: «Смотри, упрямый парень!» И тут же нападает сам.

Эрик пытается держаться из последних сил. Но выдохся, это видно. Едва-едва удары успевает отражать, почти не успевая… И такой соблазн у Тодда еще чуть увеличить темп, чтобы парня добить… Но Кейлен смотрит, и это останавливает. Заставляет снисхождение проявлять. Нельзя ведь при ней…

Но в какой-то момент, подловив Эрика на широком замахе, Тодд резко уходит в сторону, и Эрик падает, не удержавшись на ногах. И так хорошо падает, что прямо носом в землю, не успевает.

И в этот момент вдруг с Дозорной башни трубит рожок.

Кто-то едет.

Эрик пытается приподняться, из носа течет кровь.

— Фитцжеральд! — кричит дозорный. — Знамя Фитцжеральдов!

* * *

— Говард! — Кейлен бросается ему на шею.

Старший брат.

Высокий, красивый, тонкие, благородные черты лица. Он обнимает ее, осторожно гладит по волосам.

— Все хорошо, малышка. Теперь все будет хорошо.

Улыбается.

И Тодд вдруг понимает, что даже к Эрику он не испытывал такой ненависти и ревности, как вот к этому… Потому что теперь Тодд чувствует себя лишним. Потому что Кейлен отчаянно всхлипывает, уткнувшись брату в плечо, и в этом облегчение и надежда. Он защитит. Серьезный взрослый мужчина, на которого всегда можно положиться, которому можно верить без сомнений. Свой мужчина.

— Отец послал меня к тебе, — тихо говорит Говард— Как ты тут? Не бойся, вместе мы с тобой справимся.

И приберут к рукам Последний утес. Фитцжеральды такой возможности не упустят.

Разбирает злость.

Кейлен всхлипывает. Ее отлично можно понять, но… Злость все равно. Подкатывает, встает в горле. И хочется схватить этого Говарда за шкирку и вышвырнуть вон.

Но с ним еще почти сто человек войска. От троллей их защищать, не иначе. И от любых сомнений, что этот Говард имеет право делать то, что делает.

Теперь еще и лишних сто человек кормить.