Книга Заклинатели Бер-Сухта, страница 62 – Екатерина Бакулина

Лан повторил ему еще раз всю историю, рассказал, что он хочет сделать.

— Вы понимаете, — сказал мастер Патеру, — что Бер-Сухт и так находится в сложном положении. Пытаться обойти присягу и защиту Литьяте, значит нарушить договоренности. Мы сейчас не в том положении, чтобы позволить себе это.

— Но ведь вы понимаете, мастер, что защита мешает. Внешний блок, пропускающий только узкоспециализированные операции. Если бы Хаген не принес присягу, то наверняка бы уже научился обращаться с магией.

— Понимаю. Но мы не можем рисковать.

Лан шумно вздохнул, скрипнул зубами.

— Бер-Сухт закроют весной, — сказал он. — Выпуска не будет, это уже решенный вопрос. Несколько студентов отберут для дальнейшего обучения в Литьяте, остальных забракуют.

* * *

— Хаген, — позвала я.

Тихо. В огромной аудитории никого, только Хаген одиноко сидит на третьем ряду. Холодно.

Мои шаги отдаются гулким эхом.

— Хаген, — снова позвала я.

Он вздрогнул, поднял на меня глаза. Несколько секунд словно в пустоту, потом — узнавание… он хотел было что-то сказать, но тут же увидел стоящих у входа Лана и мастера Ил-Танку.

— Пойдем, — сказал Ил-Танка. — Попробуем что-нибудь с тобой сделать.

* * *

— Нет, я не согласен, — говорил Хаген. — Не вмешивайте сюда Соле.

Лан ругался — грязно и витиевато. Уговаривать еще и Хагена было выше его сил.

— Кроме меня никому не нужно, что ли? — зло поинтересовался он.

Хаген молчал, опустив голову.

— Выходит, что так, — сказал Ил-Танка.

Вот сейчас Лан плюнет на все и уйдет спать. И все. И ничего не будет.

Собралась с духом.

— Мне нужно, — сказала я, они все разом обернулись в мою сторону. — Это я попросила Лана помочь.

— Соле, ты понимаешь, что это может плохо для тебя закончиться? — спросил Ил-Танка.

— Да, — сказала я. — Но я не хочу терять друзей. Если есть хоть какая-то возможность помочь, я постараюсь сделать все, что в моих силах.

— Не надо, Соле, — попросил Хаген.

— Если я ничего не сделаю, то никогда себе этого не прощу.

Лан смотрел на меня, потом на Хагена, потер ладони о колени.

— Так, — сказал он, — давайте заканчивать это развлечение. Надоело уже. Можете считать, что это действительно нужно мне. Потому, что нужно. Считайте, это эксперимент. Хаген, если будешь дергаться, учти, я могу сломать шею так же легко, как и руку. Понял. Давайте уже.

Лан встал.

Сломать шею, как руку — я знала, что это не просто слова. И Хаген знал. У него прямо лицо вытянулось. Но думать сейчас об этом не хотелось. Сейчас главное — справиться. Если у Лана действительно все получится, я даже готова простить… Не знаю… сейчас не до этого.

Хагена уложили на широкую скамейку в лаборантской. Лан и Ил-Танка сели рядом.

— Соле, давай тоже сюда. Ближе. Ты начинаешь первая.

— А если у меня не получится? — запоздало испугалась я.

Ил-Танка повернулся ко мне.

— Боишься — уходи. Серьезно, Соле. Если ты не уверена, то лучше не начинать.

Я поджала губы, глубоко вдохнула. Выбора уже нет. Получится. Куда я денусь.

— Давай, — сказал Лан. — Только постарайся, чтобы нас всех накрыло, и заодно постарайся не перекрыть воздух, а то мы все задохнемся. Считай, это тренировка. Не бойся, я подстахую.

— Угу…

Я смотрела на Хагена и не могла… Что если все пойдет не так? Что если ни у меня, ни у Лана, ни у Кожаного Человека не выйдет как надо? Хаген может погибнуть. Из-за меня. Из-за того, что я не справилась.