Книга Последний защитник для альвы, страница 73 – Екатерина Бакулина

* * *

— Спасибо тебе.

— За что? — искренне удивился он.

— Ты меня спас.

Ивен села рядом.

— Спас… Ты и без меня хорошо справилась. Но я, сначала, не уследил, позволил им забрать тебя.

— Ты не виноват.

— А кто виноват? — спросил он.

— Какая теперь разница…

Он кивнул, откинулся назад, прислонившись к дереву спиной.

— И что теперь будет? — осторожно спросила Ивен.

— Я очень надеюсь, что для тебя будет все по-старому. Все уляжется…

— Я не хочу по-старому, — сказала Ивен. — Ты не понимаешь, моя жизнь вовсе не была счастливой.

— Тогда я надеюсь, что все наладится.

— Ты уйдешь?

Он молча кивнул, закрыл глаза.

Ивен долго сидела, собираясь с силами.

Так хотелось рассказать все, что с ней случилось, поплакать. Она так и не смогла рассказать отцу. Он не спрашивал… то есть спрашивал, но так… все ли с ней хорошо. Конечно. Она жива, и с ней ничего не случилось. Не считая магии. Но все хорошо.

Только пережитый ужас просился наружу.

Эйрик сидел неподвижно, закрыв глаза, дыша глубоко и ровно, словно во сне.

— Мне было так страшно, — тихо-тихо сказала Ивен, почти беззвучно. Даже не для него, а для себя.

Эйрик услышал, повернулся к ней.

Долго смотрел…

И молча обнял за плечи, так просто и естественно, словно делал уже не раз. Как брат.

— Все уже позади, — сказал он. — Все позади, Ивен. Все уже закончилось.

Она всхлипнула и уткнулась носом ему в плечо.

Он прижал ее к себе, чуть подвинулся ближе. А потом и вовсе укрыл своим плащом, закутал. И даже пусть все смотрят, это неважно сейчас.

И Ивен поняла, что не может больше, слезы хлынули из глаз.

— Мне было так страшно, — вздрогнув всем телом, повторила она. — Я думала, что умру… Я…

Слышно было, как бьется его сердце. Его ладони… Он нежно, осторожно гладил ее по плечу. И от его прикосновений по телу разливалось тепло.

— Ты справилась сама, Ивен. Ты сама все смогла. Ты настоящая грозная маленькая альва. Самая лучшая. Самая смелая…

Он, кажется, улыбнулся… так тепло. Маленькая альва. Она ведь привыкла, что «альва» — это почти ругательство, проклятье. А он говорил это так мило и даже с любовью. Искренне.

Слезы…

Ивен вздрогнула всем телом, не в силах больше удержать. Слезы полились. Она плакала, громко, навзрыд… он обнимал ее.

— Ну, что ты… все хорошо…

Отчего-то казалось, она обязательно должна все рассказать. То ли признаться, то ли просто… Чтобы между ними не осталось ничего. Поделиться своим страхом, и, возможно, станет лучше.

— Я сожгла его, Эйрик. Я убила человека!

— Он это заслужил. Не стоит жалеть. Если б я мог, я б убил его снова.

Прижаться к его груди щекой — так хорошо и спокойно, уютно.

— Он сорвал с меня платье… он… он повалил меня на кровать… — Ивен вдруг испугалась. Что если он подумает, что она лишилась невинности… что если она станет ему не нужна? Поспешила. Стоило ли? — Он ничего не успел сделать мне, Эйрик, правда. Я успела. Он ничего не сделал мне…

— Глупенькая, — Эйрик обнимал ее. Так, словно это и вовсе не имеет значение. — Ты испугалась?

— Очень! Я думала, что умру.

— Все хорошо, все уже позади.

Ивен громко всхлипнула, сама обхватила его руками, прижалась крепко-крепко, забыл обо всем.

Он тихо охнул.

— Тебе больно? Ты ведь ранен? — спохватилась она.

— Ничего. Совсем чуть-чуть. Когда ты обнимаешь меня, можно забыть про любые раны.