Книга Синее пламя Юга, страница 109 – Екатерина Бакулина

Он фыркнул, потом вздохнул и немного расслабился.

— Да нет, леди Ингрид, все хорошо. Просто этот огонь… он многим покоя не дает. Все сразу видят эгорийца во мне, некоторые даже шпиона, врага. У нас с Эгорой ведь всегда были непростые отношения. Но я никогда там не был. Мой дед сбежал из Эгоры в Уэйсвик, у него были какие-то неприятности с властями… – Мартин чуть кашлянул. – Ну, вы же слышали, леди, что они там иногда приносят в жертву людей? Тех, у кого ест огонь… У моего деда был. Я не очень знаю подробности, но ему пришлось бежать вместе с семьей, спасая свою жизнь. Даже моя мать родилась уже в Уэйсвике.

Я попыталась улыбнуться. Нет, врага в Мартине я не вижу точно.

— Я тоже эгорийка по крови, – сказала ему. – Но тоже никогда не была там, никогда не видела. И огонь… – щелкнула пальцами, зажигая на ладони маленький огонек. – Огонь тоже алый. Наверно, я просто хотела бы узнать об Эгоре больше… А у тебя большая семья?

— Братья? – спросил Мартин. – У меня один старший брат… был еще один, но он погиб… давно, он тоже был рыцарем. И еще у меня четыре сестры.

Мартин невольно улыбнулся, едва заметно, но его лицо потеплело.

— И огонь есть у всех? – спросила я.

— В той или иной степени. Всем нам достался огонь от матери, отец – обычный человек. У меня огонь слабый, у моего брата, пожалуй, даже еще слабее. А вот ярче всего огонь у одной из моих сестер. Она еще почти девочка, но это уже отлично чувствуется. От нее словно свет идет… как от вас… – тут Мартин чуть смутился. – Не так сильно, как от вас, но тоже… я…

Я улыбнулась.

— Да, я понимаю, – кивнула. – Это чувствуется на расстоянии. И запах паленой травы…

Мартин усмехнулся.

— Травы? Да, пожалуй. Запах огня. Это не спрятать. Моя другая сестра вечно смеялась, говорила, что от меня пахнет паленой шерстью, даже с закрытыми глазами можно понять, что я рядом. Но я знаю, что это чувствуют больше те люди, в которых тоже есть огонь, остальные – совсем слабо.

Он рассказывал мне о своих сестрах потом. И о братьях. Обоих, хотя старшего, погибшего, он помнил плохо, у них разница почти десять лет, и тот рано ушел служить при дворе, еще мальчишкой. Рассказывал об Уэйсвике, о Мидсводе, о дворце. Немного даже о своей службе…

Он отличный рассказчик.

Я тоже говорила о своем детстве. О Уилле. Настоящих братьев у меня не было, но какая разница. О разном…

Это было легко, приятно говорить… мы долго сидели так, даже смеялись, словно никакой опасности нет.

А потом вдруг это накатило…

Я почувствовала, словно волна тьмы надвигается со стороны леса.

Твари идут.

— Идут, – шепнул Мартин. – Миледи… вы бы поосторожней, все же, в первый раз. Держитесь пока за мной.

Спорить я не буду. Как бы там ни было, но Мартину, действительно приходилось делать это, а мне нет. Ничего, сейчас разберемся.

Для начала надо дрова в костры подкинуть, чтобы горело ярче.

И не волноваться, твари чувствуют страх. Дышать ровнее, спокойнее. Тут огонь горит, в огонь твари не полезут.

Ветер почти стих, но снег словно бы висел в воздухе туманом. Снежным маревом.

Они там.

Все словно замерло.

Я уже чувствовала ужас, насылаемый тварями.

Бояться нельзя. Сандер говорил – нужно почувствовать свой огонь, как он разгорается внутри, как наполняет меня. Тогда страх не причинит вреда.