Книга Гамбит короля драконов, страница 33 – Екатерина Бакулина

Чем больше думала об этом, тем больше гудело в голове.

А вот мотивы и поведение Эйгона я понимала куда лучше. Или просто не знала чего-то важного о нем? Конечно, полностью доверять я не готова никому.

Но если выбирать, кому доверять больше, то скорее Эйгону. По крайней мере, его история проще.

Он сам зашел утром, принес мне завтрак.

Какой-то еще более хмурый и помятый, чем вчера, какой-то всклокоченный. Словно и не спал.

Поставил передо мной тарелку с омлетом и колбасками, еще кувшинчик молока.

Вздохнул. Хотело было уйти сразу, но что-то задержался. Помялся немного, переступая с ноги на ногу.

И что у него там?

Это так очевидно, что почти смешно. Что-то не дает ему покоя. Распирает. Ему хочется сказать, но он не решается. Не знает, можно ли мне о таком говорить?

— Что-то случилось? – спросила я, пододвигая к себе омлет. Есть хотелось страшно.

Эйгон упрямо мотнул головой.

— Ничего.

Вот красавчик. А то я не вижу.

— Именно поэтому ты такой задерганный весь, стоишь, топчешься как нашкодивший ребенок?

Ему не понравилось. Он сморщился, засопел. Еще бы, он король… вот только у меня как-то с королями раньше не складывалось, не привыкла я с королями. Да и ему сейчас другое нужно.

— Не знаю, - он сдался, наконец. – Мне кажется, либо я с ума схожу, либо Шу приходила ко мне.

Даже забавно. И он сомневается?

— А в чем ты сомневаешься? – спросила я. – Она приходила в чужом теле? Ты же видел, что она так может.

Эйгон тяжело вздохнул, взял табуретку, переступил через нее, садясь верхом.

— Видел, да, - сказал он, потер переносицу. – Дело в том, что я не вполне уверен, что видел сейчас. У нас тут девочка на кухне, ну… такая… миленькая… Не важно. Она всегда улыбалась мне, но это совсем не то, она просто улыбалась. Тихая, скромная. А тут прямо заигрывать начала, и сама подошла, и чуть ли… Я напрягся немного, а она: «Что-то не так, мой король? Я вам не нравлюсь?» А я… - он судорожно сглотнул. – Я не понимаю… - кашлянул. - Дело в том, что я не понимаю, кто передо мной. Это словно Шу, ее интонации, ее движения. А эта девочка никогда себя так не вела. Но точно сказать невозможно. Это сводит с ума.

Я, пожалуй, понимаю. Хоть это и по-дурацки звучит.

— Ко мне она тоже приходила, - сказала я, ладно, откровенность за откровенность. – Каким-то конюхом. Не знаю. Здоровый мужик. Еще днем, когда тебя не было. Она сама… сам, этот мужик, дверь открыл.

Эйгон нахмурился еще больше.

— Мартин?

— Ну, этого я не знаю, - сказала я.

Эйгон засопел снова.

— И где Гарольд был в это время? – риторически поинтересовался он, довольно зло. – Чего Шу хотела?

— Хотела свое тело назад, - сказала я. – Предлагает найти для меня другое. Какую-нибудь несчастную, готовую свое тело добровольно отдать. Ну, не знаю, которая не хочет жить, или семье очень нужны деньги. Или просто какую-нибудь умалишенную. Я сказала, что подумаю.

Он повернулся ко мне, глянул прямо в глаза, всматриваясь, словно надеясь что-то такое увидеть.

— Подумаешь? Ты готова такое попробовать?

— А что мне нужно было ответить? – удивилась я. Вот честно. – Я не знаю. Мне это совсем не нравится, но я совсем не понимаю, что мне делать. И очень хочу жить. Но все же, мне кажется, это неправильная идея, так нельзя. Но как правильно, я не знаю тоже.