Книга Адептка, какого тлена?, страница 96 – Надежда Мамаева

Потому-то я недрогнувшей рукой и убрала все токи, созданные красноглазиком, просто впитав силу в ладонь. Кончину своих трудов Альбир выдержал почти стоически. А брань, произнесенную сквозь зубы, я предпочла не расслышать.

А затем принялась создавать новые магические связи. Хард следил за мной с молчаливым интересом, Форс, впрочем, тоже. А вот Молочко сначала вставлял едкие комментарии, но потом втянулся и начал задавать вопросы по существу:

— Если не ошибаюсь, си-пи плетение? – указывая пальцем на одну из связок, уточнил он.

— Нет, файр-зор! – ответила я, прикидывая угол корректировки силового вектора.

— Я так и думал! – важно заключил он и отошел чуть в сторону – что-то спросить уже у орканутого.

А спустя немного времени Форс с Альбиром сообщили, что раз их помощь пока не нужна, то они пойдут поищут Ворина, которого подозрительно долго нет.

Мик же и того раньше отправился промышлять в вольных кладбищенских угодьях. Едва все скрылись, как справа от меня встал рассветный.

— Ты ведь не магомеханик, – произнес он. Не спрашивая, утверждая.

— Так заметно? – перебила я.

— В цеху, у станков, было. А сейчас – нет. Потому у меня возник закономерный вопрос: откуда ты так хорошо разбираешься в проводящих заклинаниях? – И, кивком указав на созданные мной каналы, добавил: – Они проложены идеально…

— А ты откуда знаешь, что идеально? – Я отвела взгляд от грудины голема и, прищурившись, посмотрела на Харда, который, судя по его фразе, сам мог разобрать и собрать накопитель у истукана с закрытыми глазами.

— Доводилось управлять махинами, – небрежно отозвался страж.

А я вспомнила, что в тело Харда вживлен, если верить словам хомячелло, «доспех Трона». А такой рисковали себе установить лишь воины пограничья. А им-то точно доводилось повелевать големами в бою с песчаными демонами.

— А можно поподробнее? – хмыкнула я, вновь принимаясь за работу.

— Сначала ты, – не остался в долгу Хард. – Откуда такие познания в магических токах?

— Вообще-то в анатомии, – хмыкнула я. – Принцип распределения энергии похож на циркуляцию крови.

— Не очень напоминает сердце, – указав на пульсировавший тяж, хмыкнул рассветный.

Если бы голем был человеком, то я сказала бы, что этот очень толстый «сосуд» проходил ровно по центру тела со стороны живота, начиная от верхней части грудины и заканчиваясь на уровне больших тазовых костей. А у истукана же – от обрешетки до шарнирных креплений ног.

— А кто сказал, что анатомия человеческая? – иронично ответила я. – У илистых червяг сердце, например, такое и есть – длинное, как шланг, и на животе.

— Одри, ты из охотников на нежить? – вдруг спросил рассветный.

Что ж, в свете того, что Хард узнал обо мне, предположить, что я – браконьер, было бы самым очевидным. Как и солгать мне, согласившись с его подозрениями. Но губы сами собой произнесли упрямое:

— Нет. – И тут же я задала свой вопрос: – А ты паладин?

— Нет, – услышала я ответ, который стал эхом моего собственного. – Од, что ты сделаешь, если я задам тебе откровенный вопрос?

— Я откровенно солгу, – ответила я, стараясь выглядеть невозмутимой. Правда, этой самой невозмутимости хватило ровно на половину лица. Ту, которую и видел рассветный. – А ты… Ты сам сможешь быть со мной честным? – спросила, уже зная ответ: не сможет. Хард явно был не рядовым стражем. Прибыл из Рассветной империи, проник в академию в погоне за кланом магов-отступников, рисковал своей шкурой, лез под пульсары… Одно его ранение, о котором сегодня я узнала случайно, чего стоит. Нет, определенно, ради того, чтобы поймать создателей големов, Хард пойдет на все.