Книга Адептка, какого тлена?, страница 79 – Надежда Мамаева

Нет, каланча бесился. Но мозги у него какие-то да имелись. И он даже иногда думал верхней головой, а не той, что в штанах. Поэтому, когда я отпустила рубашку, не попытался наброситься снова.

Я же, повернувшись, гордо пошла прочь. С идеально прямой спиной, не оглядываясь. Потому что нельзя было показывать этому гаду свой страх. Даже намек на страх. Намек намека!

Так что сейчас я уходила так, словно полностью контролировала ситуацию. Хотя ни демона так не было. И в любой момент длинный мог ударить меж лопаток. Я даже заготовку щита на этот случай сотворила. Но Мик, сидевший у меня на плече, пристально следил за носатым.

Поверить, что все окончательно обошлось, я смогла, лишь когда оказалась в общежитии. Братец же, все это время молчавший, словно пытался удержать в себе что-то, все же не выдержал:

— Какого демона ты его схватила за рубашку! Нужно было сразу уходить. Вдруг он бы не испугался и тебе врезал? А ты бы даже блок выставить не смогла: руки заняты.

— Тому, кто не испугался, я бы не стала угрожать, – отозвалась я.

— Да когда ты это могла узнать? – не понял братец.

— Когда твоя игла зависла у его глаза. Если бы он не боялся, то не выполнил бы твое требование, – ответила я.

Хомячелло на это объяснение хмыкнул и ехидно поинтересовался:

— Слушай, Од, а ты точно бестиолог? Может, тебе стоило идти на международный? У тебя пропадает дипломатический талант…

— Нет уж, спасибо. Мне магические гады милее политических. У бестий хотя бы сразу можно определить класс опасности. И к тому же почти все они милахи, если знать к ним подход… А что до межрасового факультета… Там чего только стоит выучить язык Рассветных земель или Подлунной империи!

И в подтверждение своих слов приподняла убойный словарь. Да уж… Эта полная версия не только расширяла границы познания, но и в умелых руках лишала сознания. Не книга, а мечта наемного убийцы: и оглушить, и допрос чужестранца провести, и кинжал в корешке спрятать можно – вон текстовый блок какой толстый.

С такими мыслями я и вошла в общежитие, прижимая к себе словарь. Все бы ничего, вот только, проходя мимо поста вахтера, услышала:

— Надо же… Может, хоть сегодня у себя ночевать будешь? А то казенную комнату занимаешь, а сама по чужим постелям спишь, – процедила толстая неопрятная тетка с ярко намалеванными губами так, словно я отобрала ее личную жилплощадь.

Та-а-ак, кажется, я начала догадываться, откуда обо мне такие слухи поползли… И вот почему те, у кого нет своей жизни, так усиленно суют нос в чужую? Какая ей разница, пустует комната или в ней оргии после заката?

Я стиснула зубы. Сказать хотелось много такого, отчего оплывшее лицо бы окончательно скисло. Но вместо этого я сладко пропела:

— Если так хотите поучаствовать в разврате, не нужно на это намекать. Говорите прямо, я обязательно возьму вас с собой.

— Ах ты прошмандовка! – взбеленилась вахтерша. – Ну, погоди, я о твоих похождениях ректору доложу!

— А я скажу, что это навет. И вы у меня деньги вымогали. Я не дала – и распустили слухи, порочащие репутацию. Даже поклясться в этом смогу… Угадайте, кто после этого останется в академии, а кто – нет?!

— Ты не посмеешь! Это ложь! Да у тебя после такого зарока вся магия кончится! – проорала тетка, словно не веря услышанному.