Книга Адепты обмену и возврату не подлежат, страница 51 – Надежда Мамаева

— Ну вот какой только мерзости мне ни предлагали, но чтобы такое… Какая гадость это ваше удовлетворение! На меньшее, чем истерика, не соглашусь, – начала деловито торговаться белка.

— Обязательно девичья? Или мужская тоже подойдет? – уточнила я.

Ну вот! И суток не прошло, а мы уже перешли с Эйтой к деловым переговорам о сотрудничестве в вопросе дуэли. И надо-то для этого оказалось всего ничего: чуть не убиться на крыше и провести вместе со светлым ночь.

И даже сошлись на том, что я должна буду белочке нервный срыв в оплату за услугу.

— Значит, я организую кому-нибудь из светлых нервный срыв, а ты мне поможешь с победой? – уточнила я.

— Обещаю, – важно кивнула белочка.

Как раз к этому моменту мы добрались до комнаты в общежитии. Моих соседок уже не было. А потому я, не тратя времени попусту, освежилась мокрым полотенцем, переоделась в чистые брюки, рубашку и колет, собрала сумку, захватив халат для практикума по зельеварению, и поспешила на занятия.

Белка, что удивительно, оставаться в комнате не пожелала, заявив, что за ночь выспалась, поела и сейчас жаждет развлечений. А раз я ее вызвала, потом самоубиваться не пожелала, а вместо этого обеспечила пушистую травмой, то мне и отдуваться.

Я не стала спорить и во внутренний двор на построение явилась, увенчанная белочкой, как короной.

Адептов собралось уже порядочно. И у многих на лицах было легкое недоумение. Похоже, построение было не рядовым.

Я не успела оглядеться толком, как увидела Самиру Лэйдорн, которая целеустремленно двигалась ко мне, рассекая толпу пульсаром. Но… не дошла.

Над нами прогремел зычный мужской голос, которому и усиление магией не требовалось – столь луженая глотка была у его обладателя.

Вместо тысячи приветственных речей над площадью грянуло:

— По дланям стройся!

Мы с некромантом и чернокнижником переглянулись, а белка на моей голове азартно закопошилась.

Про боевые команды я Сьеру и Вэрду рассказать не успела, но, похоже, темные были в общих чертах в курсе, что это за пятерки такие боевые и чем их проклинать. Во всяком случае, особого удивления они не выказали.

— Ну, значит, у нас будет длань без мизинца, – подытожила я, пытаясь незаметно отодрать Эйту от шевелюры. Пушистой я мысленно презентовала роль среднего пальца. Причем сразу оттопыренного.

— А кто четвертый? – закономерно полюбопытствовал кучерявый, глядя на мои странные попытки почесать макушку, от которых волосы становятся дыбом.

— Давай я тебе позже объясню? – произнесла и про себя добавила: «Когда у меня будет больше шансов от вас с Вэродм убежать». Навряд ли парни обрадуются, узнав, что теперь с ними бок о бок будет госпожа Безумия.

Эйта вцепилась в мои космы мертвой хваткой, и я, поняв, что смогу отодрать ее только вместе со своим скальпом, решила: пусть сидит, зараза рыжая, гнездится.

— Согласны, – за себя и кучерявого ответил Вэрд и добавил: – А сейчас давай в конец колонны. А то не нравится мне у этого громилы-командира взгляд, которым он смотрит на нас в упор. Будто сравнивает…

— С кем? – озвучил Сьер вопрос, возникший у меня при словах аристократа.

— С чем, – поправил Вэрд и пояснил: – С землей. Хотя, с учетом обстановки, точнее будет – с мостовой.

Мы с кучерявым, стоявшие до этого спиной к светлому, оравш… ораторствовавшему на всю площадь, при последних словах аристократа медленно обернулись. Маг, столь громогласно отдавший команду к построению, впечатлял. Это была сплошная гора. Мышц, перевитых жгутами сухожилий, шрамов, полученных явно в боях, и проблем, судя по всему, в основном наших. Потому как чернокнижник ничуть не приуменьшил – смотрел этот преподаватель на нас, словно прикидывал: поместимся ли мы в одну домовину, или академии придется раскошелиться на три?