Книга Ассистентка Космического Тирана, страница 66 – Миа Мори, Ева Арманда

— Сколько можно?! – почти зарычала Мира, – почему атлантианцы считают людей существами второго сорта? Почему?! Арон?!

Хм, она хочет, чтоб я ответил за всю свою расу?

«Потому что люди слабее» – было бы хорошим ответом.

На языке эволюции – это уважительная причина.

Раньше я бы так и сказал.

Но сейчас возникло стойкое ощущение, что вопрос риторический.

— На форуме по правам людей человечество мешают с грязью, – продолжала впадать в ярость Мира. – Обо мне говорят как о твоём домашнем питомце… Даже не как о любовнице! А я и какой-то там любовницей быть… не согласна!!! Мы не равны… откуда это?!

— Комплексы, – пожал плечами я. – они есть у обеих сторон, Мира. У людей одни, у атлантианцев другие.

Она застыла. Ее ярость, кажется, сдала позиции напоровшись на мою откровенность. И я попытался развить мысль:

— Я пытаюсь понять тебя, человечка. Язык твоих эмоций. Сделай скидку на то, что я говорю на совершенно другом, так что… помоги мне.

Мира шумно выдохнула, и её пылающая ярость как будто потеряла ещё несколько градусов.

Следовало говорить об Эвонисе. Прояснять момент с государственной изменой, заговорами. Следовало обсуждать план дальнейших действий. Но я вёл с Мирой крайне неконструктивную и нерациональную беседу. Но отчего-то был убеждён, что это – сейчас важнее. Нелепо… Но остановиться я уже не мог.

И не желал. Потому что видел, как Мире легчает всякий раз, как я выбираю подходящее по её мнению слово или верно угадываю направление мысли. Это было похоже… на музыку. Единственная сфера, в которой дети Атлантии сохранили …хм, условную эмпатию.

А я готов был говорить, о чём эта человечка захочет.

Лишь бы прекратила отталкивать. Лишь бы её глаза перестали блестеть от слёз. Лишь позволила взять себя за руку.

Что-то в моей системе психических процессов надломилось.

Безупречный состав моего разума сошёл с рельсов, заехал на траву и, вопреки логике, зигзагами уходил куда-то не туда – в непроходимую дикую чащу.

И от этого я испытывал какое-то неведомое чувство… люди и шиарийцы, кажется, называли подобное облегчением.

Я открыто улыбнулся Мире.

И она снова очаровательно вспыхнула:

— Ты улыбаешься?! Тебе смешно?!!

Мне нравилось, когда она соскакивала на “ты” в личном общении. Нравилось, что это происходило всё чаще. Нравилась буря в медовых глазах красивой человечки:

— … Да я... да… ДА! Мне нужна эта работа в твоём ведомстве, Арон. Да эта “справедливая вселенная для всех” построена так, что мне – нищенке с аграрной планетки ничего в мире великих достижений не светит. Я должна быть тише воды, ниже травы и сносить тычки… и потом может быть, если буду унижаться перед атлантианцами достаточно, может, “барин даст мне вольную”, и под старость я смогу что-то в своей жизни решить!.. Вы...Альфа-раса!!! Да чтоб вас! ....

* * *

Кажется, мы превысили лимит нервной системы Миры. Она испугалась. Но бояться ей было некомфортно, потому она переключилась очень своеобразно: впала в ярость. И это было… прекрасно.

Да, держать деловую маску – стало для неё уже непосильной задачей.

Но передо мной Мире и не нужно играть роль.

— Поплачь, Мира. Покричи. Пока накс закрыл нас – тебе можно всё. Наедине со мной тебе можно всё, хрупкая человечка. Запомни это хорошенько. А теперь давай подробнее обсудим наше... неравенство.