Книга Запретный поцелуй. Тайна дебютантки, страница 138 – Вероника Крымова

Но вместо твёрдой земли мое тело врезалось в мягкий, рыхлый снег, поглотивший падение. Боль пронзила бок, но я осталась жива. Снежинки хрустели подо мной, когда я пыталась подняться.

Тень Освальда уже нависла над ней, кентор выглядел как олицетворение смерти — его лицо исказила холодная ярость, а вокруг поднятых рук закручивались ледяные спирали.

Две серые флеи, сотканные из льда и магии, появились у его плеч. Они наклонили головы, их острые, маленькие клювы напоминали кинжалы. Птицы раскрыли крохотные рты, готовясь запеть песню, которая, как я понимала, сейчас обрушится на меня смертоносной волной.

Я ожидала боли, смерти, чего угодно, но вместо этого почувствовала странное, неожиданное прикосновение. Его холодные губы накрыли мои впиваясь внезапным поцелуем, оставив за собой след, обжигающий и нежный одновременно.

На несколько мгновений лицо мага оказалось так близко, что я могла различить каждый излом его черт, увидеть странную смесь ярости и сожаления в его глазах.

Вихрь снега закрутился сильнее, и, прежде чем я успела что-либо сказать или сделать, фигура Освальда начала растворяться в ледяной буре. Я видела, как его очертания таяли, пока не исчезли совсем, оставив её одну среди уже начавшего таять снега.

Я коснулась губ, которые всё ещё хранили  его холод. Это было странное прощание, которое оставило больше вопросов, чем ответов. Нежданный поцелуй, так много значивший для Освальда, в моей душе отозвался лишь глухой пустотой. Он ушел, сохранив мне жизнь.

— Кристель! — услышала я голос Сильвии, и, обернувшись, увидела, как она выбегает из дома. Поскользнувшись на подтаявшей луже снега, она едва удержала равновесие, но, добравшись до меня, тут же заключила в объятия.

— Он тебя не тронул?

— Нет…

Вслед за Сильвией из дома вышел Берти, покачиваясь и держась за голову. Тролль выглядел не менее потрёпанным, чем я. А чуть позже на улицу высыпали слуги — Фарелл запер их в комнатах для прислуги, но как только магия ослабла, они смогли освободиться.

Бертольд, сам еле держась на ногах, схватил меня под мышки и помог встать. Пока я пыталась прийти в себя, Сильвия беспокойно ощупывала мои конечности.

— Ты цела? Ничего не болит?

— Его светлость! — радостно завизжала Фло, заметив, как по подъездной аллее мчится всадник. Герцог Хардинг приближался на вороном коне, взъерошенный, без седла, с безумным взглядом. В мгновение ока он пересёк внутренний двор и остановился прямо перед нами.

— Нас тут убивали-убивали, а Кристель целовали, — пропищала фея с совершенно неподобающим случаю восторгом.

Я стояла напротив Эйдена, в безнадёжно испорченном платье, с разорванным плечом, растрёпанными волосами, спутанными слипшимися прядями, свисающими на один бок. Он тоже выглядел не лучше — раненый, уставший, но живой. Это было главным.

Я шагнула к нему и тут же сильные руки заключили меня в тёплые, надёжные объятия. Ладони нежно скользнули по моей спине, а я уткнулась лицом в его грудь, позволила себе расплакаться.

— Всё закончилось, Кристель, — тихо проговорил он. — Больше ничего плохого не случится. Я обещаю. Кристель, ты слышишь меня?

— Да, слышу, — прошептала я, всхлипывая и прижимаясь к нему ещё крепче.

— Кристель, посмотри на меня.

Подняла глаза и встретила его взгляд, полный чуткости и заботы.