Книга Свидание вслепую, страница 51 – Рина Львович

— Да шо, мы никогда длинноухих не видали⁈ — Лесная ведьма откусила пряник и снова запила чаем. — У нас пол леса таких разномастных да пушистых бегаить. Все милые да покладистые. Выбирай — не хочу! А ети ельфы весьма вредные да заносчивые! Намучается!

— Ну, знаешь сестричка, нечего чужих принцев жалеть. Он сам виноват, что нашей Марьюшке под ноги попался.

— Прынц, говоришь? — Яга задумалась. — Пушай племяшка сама разобраться попытается. Коли он взаправду судьба ейная, тадыть и мы подсобим, шоб не потерялси. Но пока влезать боле не смей: испортишь токмо все.

Марана для виду согласилась с сестрой, но действовать решила по-своему.

Ледяные шпили дворца Карачуна звенели от напряжения. В воздухе пахло морозной яростью, и даже обычно невозмутимые призрачные слуги старались незаметно проскользнуть по стенам, не привлекая внимания богини. Морана, восседающая на троне изо льда и костей, метала взгляды, от которых любая нежить предпочла бы вернуться в могилу, даже если ее только что оттуда вытащили. За спиной у нее стоял Карачун, её вечный спутник, который выглядел так, будто в любой момент готов был отступить за ближайшую ледяную колонну. Ведь каким бы трижды авторитетным правителем ни являлся папа, но когда мама была не в духе, то вся семья по стеночке ходила, если не представлялось возможности скрыться в далеких далях. Сегодня убежать не смог никто.

Перед троном, потупив взор, стояла Марья Моревна, принцесса тьмы и по совместительству дочь разгневанного божества, которая сейчас выглядела как школьница, пойманная за списыванием. Чуть поодаль, старательно прячась за одной из ледяных колонн, суетились Семь Симеонов, а на старом, изъеденном временем черепе восседал Мрачный Жнец, временно разжалованный в златокудрого Хрувима.

— Итак, дочь моя возлюбленная! — Голос Мораны был подобен скрежету ледников, но с металлической ноткой возмущения. — Ты мне объяснишь, почему по всем пяти магическим мирам, и Подземному в купе с ними, носятся слухи, что важнейшее межцарственное весеннее мероприятие было сорвано… «восстанием умертвий»⁈

— Кто такое сказал? — Некромантка изобразила на лице крайнюю степь озабоченности. — Матушка, вам нагло врут.

— Тогда почему наследник полуросликов из клана Корявого каштана, до сих пор не может прийти в себя после того, как его пытался укусить за пятку… «умертвий» из третьего века? — голос Мораны, обычно напоминающий шелест ледяных ветров по костям, сейчас гремел как лавина. — И почему кронпринцесса гномов, будущая королева Кристальных Гор, покинула свидание в состоянии истерики, убежденная, что её домогается… «оживший череп», который принял её бороду за модный аксессуар⁈ Зачем ты вообще с собой умертивий на свидание притащила?

— Ну, тут как в песне: «без друзей меня чуть-чуть, а с друзьями много». — Марья пожала плечами. — К тому же это оказалось правильным. Они весьма действенно враждебно настроенных по отношению к гостям навий сдерживали! Если бы не моя свита неизвестно, сколько новых упырей да вурдалаков в своих титулованных амунициях сейчас по всем царствам-государствам шастали. Братья видели, они подтвердят.

В этот момент из-за колонны, плотно прижавшись друг к другу, высунули головы семь Симеонов. На слова Моревны братья, как болванчики, одновременно качнули своими вихрастыми головами. При этом все до единого имели крайне виноватый вид.