Книга Поменяться местами. Бунтарка и тихоня, страница 10 – Вероника Крымова

— Слушай, не хочешь - так и скажи, - пробормотала я, снова оглядывая погром. - Ладно. В любом случае, ты не виновата. Накажут только меня. Не бойся, я ничего про тебя не скажу.

— Ты не понимаешь! - почти всхлипнула Беатрис, и в её глазах блеснули слёзы. - Я правда не могу! Я… погоди! Я сейчас!

Прежде чем я успела её остановить, тихоня вскочила на ноги и проворно кинулась прочь из кабинета, её лёгкие шаги быстро затихли в пустом коридоре. Я проводила её тоскливым взглядом.

Эх, сейчас точно дежурного приведёт.

Я ругала себя сквозь зубы. Почему я, чёрт возьми, не помнила наизусть заклинания уборки и восстановления? Мы изучали их на первом курсе по на уроке домоводства. Я тогда откровенно скучала, считая эту магию унизительной тратой времени и сил. «Вот ещё, расходовать силу на мытьё полов!» - думала я тогда. К тому же, всегда можно подсмотреть в учебнике… Всегда. Но не тогда, когда твой учебник в комнате общежития, а ты стоишь посреди собственноручно разгромленного кабинета, и тебя от отчисления отделяет всего пять минут, как раз столько требуется Беатрис, чтобы найти дежурного преподавателя и сдать меня с потрохами.

Я попыталась собрать самые крупные осколки руками, но вскоре плюнула на это бесполезное занятие, порезав палец о край стекла. И вот, когда я уже мысленно прощалась с академическими сводами, послышался осторожный скрип открываемой двери. На пороге стояла Беатрис. Одна.

В её хрупких ручках была зажата старая, потрёпанная по краям тетрадь в коричневом переплёте.

— Вот, держи, - прошептала Беатрис. - Там на пятой странице есть заклинание «Санитас и Реституцио», всё подробно расписано - и жесты, и интонации.

Я удивлённо вскинула брови.

— А сама почему не прочтёшь? - спросила я, принимая тетрадь.

— Я… - Беатрис снова опустила взгляд, покраснев. - У тебя лучше получится.

Н-да, а девица явно лукавила и что-то скрывала.

— Ладно, -открывая записи на нужной странице. - Давай попробуем. Скажи, если я что-то произнесу неправильно.

Я прошептала слова, вкладывая в них образ порядка, целостности, возврата к исходному состоянию. Воздух над полом задрожал, осколки стекла, большие и маленькие, зазвенели, поднялись в воздух и, как по волшебству потянулись к своим склянкам. Лужицы зелья перестали растекаться, а затем стали подниматься тонкими, переливающимися струйками обратно в свои пузырьки. Процесс шёл с лёгким шипением и потрескиванием. Через несколько секунд все склянки стояли на своих местах в шкафу, целые, как будто их и не разбивали.

Ну почти.

Зелья стало чуть меньше, но, если не присматриваться и не знать сколько его было, то и не заметно вовсе. И самое главное - то, что успело вылиться на меня, обратно в пузырьки не вернулось. Моя кожа по-прежнему сияла болезненной изумрудной зеленью.

— Слушай, какой отличное заклинание, - восхищенно пробормотала я, жалея, что мало изучала бытовую магию. - Честно говоря когда мы сдавали зачет, не помню чтобы оно так здорово работало. А тут, как будто и не было погрома, все целое!

— Это просто…заклинание чуть усовершенствовано, - смущенно промямлила Беатрис. - Это папина тетрадь…старая…

— Понятно, - отозвалась я.- А у тебя там в записях нет случайно способа, как вернуть коже нормальный оттенок?

— Не знаю, надо посмотреть, - с готовность отозвалась Торнфилд.