Книга Спорный вопрос, лорд-дракон!, страница 102 – Норика

Еще год назад от одного только вида перерожденных драконьих потомков, рассекающих небеса, икерианцы с воплями и криками разбегались кто-куда. После торжественной церемонии в императорском дворце, после громкого и всенародного оглашения вести о милости великих богов, после показательного обращения первого перерожденного дракона на центральной площади, началось медленное принятие людьми и драконьими наследниками новых обстоятельств и нашего общего скорого будущего. Будущего, в котором драконы вновь займут свое законное место среди звезд.

По мере приближения, точки в небе увеличивались на глазах, превращаясь в мощных крылатых исполинов. Среди которых ярко выделялся один белоснежный чешуйчатый зверь. Мой зверь! Или просто — его драконья светлость, князь Оршанский. А еще проще — мой муж, Габриэль Сторнбрейк.

Сразу после выяснения всех обстоятельств, отец Габриэля неожиданно решил, что ему пора передать бразды правления княжеством и родом Оршанских своему перерожденному сыну.

А наш досточтимый император, - да даруют ему боги долголетие! - что молодой князь Оршанский вполне в состоянии одновременно заниматься и семейной жизнью, и возведением новой магической академии для драконов и драконьих потомков. И, само собой разумеется, возглавить ее в дальнейшем.

Ветер, видимо, высмотрел меня на зеленом холме, а потому тут же отделился от общей драконьей стаи и стал быстро сокращать оставшееся расстояние между нами. Остальные драконы продолжили путь к Цитадели.

Там для них уже успели отстроить удобные места для взлета и посадки. Хотя самые рисковые, - ну что взять с мальчишек, дорвавшихся до силы, сколько бы им ни было лет! - умудрялись использовать старые залы древнего монастыря. Пару раз под кем-то особенно ретивым каменные выступы буквально обрывались в бездну, но боги берегли своих нерадивых потомков.

Еще никто серьезно не пострадал, трещину давала разве что их непомерная гордыня. Надеюсь, на пользу и во благо. Чтобы в следующий раз думали, прежде чем нервировать недавно назначенного ректора Сторнбрейка. Никому из этих смельчаков их резвость не сходила с рук. Мое любимое чудовище, на поверку, оказалось чрезвычайно строгим, но надо отдать ему должное, вполне справедливым наставником и руководителем. Не без моего деятельного участия.

Я приподнялась на локтях, потом вообще села и достала из плетеной корзины для пикника сочное красное яблоко. Ела с большим аппетитом, а сама с удовольствием наблюдала привычную и уже ставшую любимой картину: идеальный маневр по посадке мужа-дракона.

Он заходил на посадку красиво, очередной раз доказывая, что совершенство все-таки существует. И создать его можно своими усердными стараниями и многочисленными провальными попытками. Так сложилось у нас с Гэбом, что со мной на спине он отрабатывал маневры до идеального состояния, а потом выносил на суд своих новоиспеченных студентов.

Тандем «муж-дракон и жена-ученый» оказался безупречным в исполнении и крайне продуктивным. Впрочем, как заключил наш семейный лекарь, не только на ниве науки, но и на личном фронте. Нашему с Габриэлем персональному достижению было уже несколько месяцев. Мне не терпелось сообщить ему об этом!

Я откусила еще кусок яблока и довольно прищурилась. Белоснежный дракон как раз чуть накренился, ловя встречный ветер, и солнце пробежало по его чешуе жидким золотом. Да, именно за этим впечатляющим зрелищем я могла наблюдать бесконечно. Особенно, когда мой благоверный, прекрасно зная, что за ним наблюдают, начинал откровенно красоваться.