Книга Волшебная кондитерская в сером городе, страница 62 – Стаси и Элен Твенти

Каждое прикосновение было утешением. Его руки исследовали ее гладкую спину, ее пальцы запутались в его шелковых волосах. В этот момент не было ни «мошенницы», ни «программиста на грани увольнения». Были только двое людей, нашедших друг в друге убежище.

Позже, лежа в тишине под одним одеялом и слушая, как дождь барабанит по крыше, Алина поняла, что чувствует себя в полной безопасности. Тепло тела Алекса, его рука, обнимающая за плечи, ровное дыхание у нее на макушке. Мир за окнами все еще был враждебным, проблемы никуда не делись. Но здесь, в этой маленькой комнате, в этой крепости на двоих, они не имели над ней власти. Впервые за долгое время она не была одна. И это меняло все.

Утро после ночи с Алексом было другим. Впервые за много дней Алина проснулась не с тяжестью в груди, а с ощущением хрупкого, но настойчивого тепла. Мир за окном не изменился, но внутри ее маленькой крепости теперь горел свет.

Алина спустилась в магазинчик с новой решимостью работать для себя, для Алекса, для этого маленького островка жизни, который они защищали вместе. Она включила музыку чуть громче обычного и принялась печь булочки с яблоком, наполняя помещение ароматом упрямства и надежды.

— Пахнет неповиновением, — проворчал Борис, с удовольствием вдыхая сладкий воздух. — Мне нравится.

Она даже выставила на прилавок новую табличку, написанную от руки: «Скидка 10 % всем, у кого сегодня плохое настроение!» Это был ее маленький акт непокорности.

День тянулся так же тихо, как и предыдущие. Никто не заходил. Но Алина больше не чувствовала себя жертвой. Она убирала, переставляла банки, придумывала новые рецепты. Она готовила свою крепость к долгой осаде.

Около полудня колокольчик над дверью издал требовательный звон.

Алина с надеждой подняла голову, но ее улыбка тут же погасла. На пороге стоял совершенно бесцветный мужчина: серая строгая мантия, седые волосы, тусклые глаза, которые смотрели на мир с выражением скуки и легкого отвращения.

— Добрый день, — сказала Алина, и ее голос прозвучал неуверенно.

Мужчина не ответил на приветствие. Он вошел и плотно закрыл за собой дверь, словно отрезая пути к отступлению. Незнакомец обвел магазинчик медленным, оценивающим взглядом, и на его губах промелькнула тень презрительной усмешки.

— Гражданка Соколова Алина Сергеевна? — его голос был таким же бесцветным, как и он сам.

— Да, это я.

— Инспектор Заславский, Городская санитарно-магическая служба, — представился он, доставая из воздуха магический планшет, на котором светился текст. — Я здесь в связи с официальной жалобой, поступившей в наш департамент.

Он начал зачитывать сухим, монотонным голосом полный текст жалобы, и каждое слово врезалось в голову Алины, как удар молотка.

— «...поступила жалоба на нелицензированную коммерческую деятельность, а также на возможное нарушение санитарно-магических норм в заведении общественного питания «Сладкая Фантазия».

Он поднял свои маленькие глазки от планшета и уставился на Бориса, который с подозрением смотрел на него со своего коврика.

— У вас в торговом зале находится сельскохозяйственное животное, — констатировал он. — Это грубейшее нарушение параграфа семь, пункта три «Правил содержания коммерческих помещений».

— Но Борис — мой питомец! — вырвалось у Алины. — Он домашний! Он чистый, у него есть все прививки!