Книга Медвежье сердце, страница 134 – Елена Михалёва

Девушка заторопилась к выходу, на бегу подхватила свой плащ с кресла.

Иврос нахмурился.

— Веснушка, – окликнул он, и Тарнен обернулась уже на пороге. – Я попробую что-нибудь для тебя придумать.

* * *

День тянулся невероятно медленно. Вставать Ирлейн ему так и не разрешила. Даже читать не позволила, не говоря уже о том, чтобы потренировать вхождение в транс или что-то еще. Вообще запретила напрягаться.

В обед снова приходила Евания, но ушла сразу, как он поел. Сказала, что много дел в Академии: ремонт шел полным ходом, а поутру привезли новое оборудование для астрономической башни, которое надлежало установить. Госпожа Гарана не хотела оставлять рабочих без надзора, но обещала на следующий день провести с ним побольше времени.

От скуки Норлан даже думал поспать, но он настолько устал лежать, переворачиваясь с боку на бок, что уже ненавидел все возможные части своего тела. И более всего те, где зудела кожа под повязками.

В голове пронеслась шальная мысль все-таки попробовать встать. Дойти хотя бы до окна, сесть на подоконник и посмотреть наружу. Только ей не суждено было воплотиться в жизнь.

После вежливого стука в комнату вошла императорская канцеляристка. Девушка с улыбкой показала ему маленький томик в черной кожаной обложке.

— Даже не дразните, Хиннари. Мне нельзя читать, – в его голосе звучала безбрежная тоска.

Она вздохнула, захлопав ресницами.

— Так жаль. Но я хотела сама вам почитать. Надеюсь, слушать не возбраняется? – Она подошла ближе.

Хиннари продемонстрировала обложку. На ней стершимся оттиском красовался золотой паук.

— Это учебник истории, – она смущенно улыбнулась, опускаясь на краешек тахты напротив Ивроса. – В нем рассказывается о ваших предках. Я взяла эту книгу у Императора в личной библиотеке. Полагаю, он возражать не станет.

Ее взгляд невольно упал на медальон, который лежал на тумбочке возле постели.

— А он не будет возражать, что вы мне тут книжки читаете в рабочее время? – Иврос приподнял одну бровь.

Хиннари тихо рассмеялась, закусив губу на мгновение, будто решала, говорить или нет.

— Я сказала, что у меня срочное семейное дело, и попросила одну клевретку подменить меня на час, – вдруг призналась она. – Не выдавайте меня, Иврос, но после нашего разговора я не могла не принести вам эту книгу. Разрешите развлечь вас – это малая плата за то, что вы для нас сделали. Пожалуйста.

Ее взгляд сделался по-детски умоляющим.

— Читайте, Хиннари, – сдался Иврос.

И девушка раскрыла учебник на первой странице и принялась за чтение.

Ее голос был приятным и ровным. То и дело она бросала на своего слушателя короткие взгляды, чтобы проверить его реакцию. Ив слушал с интересом.

Хиннари оказалась права, чтиво было увлекательным. Оно больше напоминало сборник легенд, нежели сухие исторические факты, какими обычно ограничиваются скупые на детали летописцы. Норлан отметил про себя, что часть легенд он уже слышал в детстве от матери, а еще часть читал сам в библиотеке Тернового Бастиона, и ему стало очень тепло на душе. Он осознал, что наследие предков не канет во тьму веков, даже если его, последнего представителя крови Хагморов, не станет.

Канцеляристка дошла до места, где очередная легенда описывала то, как двое братьев Хагморов поспорили, кто из них получит отцовскую землю, и отец устроил для них соревнование: велел создать символ, который покорит весь мир. Старший сын бился год и создал десяток сильнейших рун, которые используют маги и по сей день. Но ни по отдельности, ни все вместе они не могли покорить мир. Тогда к отцу пришел младший сын, показал паука с их герба и сказал, что его отец – это и есть весь его мир, а его воля – закон. Этот символ – главный в их роду, он покорит любого из Хагморов. Так если же он покорит и отца, то, значит, с ним и его мир.