Книга Лаванда и ментол, страница 46 – Александра Рябкина

— Давай я ударю твоей головушкой по бетонной стене, а потом спрошу, насколько тебе плохо? – Несмотря на то что Су Ен жадно вдыхала запах мяса, она не собиралась так легко прощать друга за ужас, который мешал ей жить последние часов десять.

За ее спиной раздался смешок, напомнивший, что в прихожей было еще одно устрашающее лицо, которое накануне то и дело мельтешило перед У Хеком.

— Должно быть, это волколак, которого ты наняла. – На губах У Хека заиграла снисходительная улыбка, будто он изображал дружелюбие. Впрочем… именно так реагировало большинство ругару на волколаков. Что в корне отличалось от того, как одна очаровательно миниатюрная ругару ввалилась как-то в агентство и поставила на место члена стаи своего нынешнего телохранителя. Это было то еще шоу.

— Это Хван Юн Хо. – Су Ен задело то, как пренебрежительно о ее телохранителе отозвался У Хек. Резануло по душе, разозлив внутреннего зверя. – Курицу можешь отнести на кухню.

— Хорошо. – Улыбка У Хека в секунду обрела привычную солнечную искренность, которая оживляла бабочек в животе во времена, когда Су Ен была подростком. – Подожди… – Он успел надеть лимонного цвета тапочки и сделать несколько шагов прежде, чем замер. – Ты сказала Хван Юн Хо? – У Хек обернулся, смерил взглядом сначала напряженного волколака, который стоял изваянием, сложив руки на широкой груди и будто желая сделать жареную курочку из самого У Хека, а потом Су Ен. Она не поняла, что так удивило друга.

— Да.

— Нет, это явно просто человек с таким же именем, – усмехнулся У Хек, отмахиваясь. Что ж, в Корее действительно хватало людей с абсолютно одинаковыми именами.

— Да, это я купил вчера картину. Проблемы?

У Хек вздрогнул от неприкрытой угрозы, исходившей от волколака. Су Ен чихнула от уровня абсурда, который все сильнее разгорался вокруг нее. Воздух становился настоль перечно-острым от выброса тестостерона, что внутренняя волчица оскалилась.

— И тебя это устраивает? – На мгновение голос У Хека предательски сорвался. Су Ен не до конца понимала, что так сильно нервировало его. Он и раньше продавал картины и волколакам, и другим перевертышам. Особенным этот случай делало лишь то, что на этот раз покупателем стал телохранитель Су Ен. Может, для У Хека это было странно? Сначала так думала и Су Ен, но после посчитала поступок Юн Хо даже милым. – Су Ен!

— Ты же пришел сгладить вчерашний ужас, – подметила она, стараясь сбавить градус напряжения. Кончики пальцев так и кололо от желания прикоснуться к Юн Хо, чтобы успокоить его явно взбунтовавшегося внутреннего зверя. Она спиной чувствовала, как с каждой секундой волколак напрягался все сильнее. Казалось, он уже начинал скрежетать зубами. Су Ен оставалось только гадать, что именно взбесило Юн Хо. –  Не усугубляй.

— Твой портрет висит в доме этого… волколака. – Теперь У Хек точно жалел о своем решении продать картину. Это было заметно по тому, какую физиономию он скорчил, глядя на возвышающуюся в гостиной фигуру Хван Юн Хо. – Нужно было оставить ее себе, – чуть тише добавил У Хек, не отрываясь от волколака, что заставило Су Ен возмутиться. Ее волчица оголила клыки, а шерсть на загривке поднялась дыбом. – Или проверять покупателя.

— Не вижу в этом ничего такого, – пожала плечами Су Ен и прошла мимо мужчин прямиком на кухню. Она не могла больше терпеть того ощущения удушья, будто один из них тянул ее к себе за руки, а второй держал цепь ее звериного нутра, ее души.