Книга Каникулы с огоньком! Десяток несуразностей перед ланчем, страница 25 – Наталья Филимонова

Густав только презрительно фыркнул.

— Вот уж достижение! Будешь отличным подкаблучником! Будешь кормить какую-нибудь орчанку разносолами… а она тебя –  защищать.

Рубур только молча отвернулся, а Тася привычно кинулась на защиту друга.

— Думаешь, мужчине зазорно уметь готовить?!

— Я думаю, мужчина должен быть сильным! И уметь защитить слабых! –  завел привычную песню кузен.

— Спорим, Рубур сильнее тебя?! И вообще… вообще, “женской” работы боятся трусы и слабаки, а настоящий мужчина –  он все может!

— Девушки все равно таких не любят, –  обидно усмехнулся Густав. –  Они любят мужественных!

— Это ты, что ли, мужественный? –  обернулся наконец орк.

— Да хоть бы и я! –  распалился отчего-то боевик. –  Что, думаешь, к тебе в шатер хоть одна орчанка из твоего племени пойдет, узнав, на каком ты факультете? Таська, да вот хоть ты бы –  пошла? Если бы такой позвал, а?

Тася давно знала, помнила уже, что “пойти в шатер” к кому-то –  значило у орков “замуж”. А кузен сейчас бил по больному –  орк и в самом деле никому в племени до сих пор не признался, где именно учится.

Поэтому девушка ни секунды не колебалась.

— Я бы –  пошла! И даже ничуточки бы не задумалась!

Что именно сказала, она сообразила только мгновением позже, увидев сверкнувший какой-то невозможной надеждой взгляд орка.

— Правда? –  негромко переспросил он.

— Да ладно! –  снова влез Густав. –  Вот прямо в шатер –  ты? Там же…

— Для такой девушки, –  прервал его Рубур, неотрывно глядя на Тасю, –  я бы дом построил. Настоящий. Я уже много умею. И еще научусь.

И Тася опустила взгляд, а потом и вовсе зажмурилась. Но тут же, будто решившись прыгнуть с головой в омут, выпалила:

— А я… я бы помогла. Я тоже много умею.

И осторожно приоткрыла один глаз –  чтобы увидеть, как расцветает суровое лицо орка счастливой улыбкой.

“А целоваться с такими клыками неудобно, наверное. Мешают же!” –  мелькнула шальная мысль, и девушка залилась густой удушливой краснотой.

Неловкую сцену прервал шум за окном, и Густав, первым вскочивший, чтобы подбежать к окну, радостно воскликнул:

— Ну наконец-то! Явились!

Как раз в это же время Чарли перестал чавкать и оторвал довольную мордашку, по уши перепачканную кашей, от сверкающей чистотой миски.

Тася и Рубур радостно переглянулись. Действовали слаженно: орк подхватил малыша на руки, девушка наскоро вытерла его рот полотенцем –  и уже вместе адепты опрометью кинулись к выходу из дома Хрюксов. Двухнедельное заточение подходило к концу!

Надо сказать, в последние дни малыш Чарли то ли устал, то ли попривык к своим нянькам, однако безобразничал значительно меньше. Впрочем, могло статься и так, что это няньки попривыкли к его выходкам и относились к ним куда спокойнее. Да, по-прежнему каждый день десяток самых несуразных происшествий успевал случиться еще до ланча. Но это стало до того обычным, что не вызывало ни удивления, ни раздражения...

Карета, со всех сторон обвешанная багажом, была все та же. Выкатившаяся из нее госпожа Хрюкс на сей раз была одета в цыплячье-желтое платье –  однако оборок на нем по-прежнему было столько, что издалека почтенную даму можно было бы принять за пышное пирожное со взбитым кремом. Заботливо поддерживающий ее под локоток господин Хрюкс смотрелся все таким же хлипким и кособоким.