Книга По всем вопросам обращайтесь в дракона!, страница 184 – Наталья Филимонова

В общем, по сути, ситуация была… не то чтобы штатной. Но и совсем уж невероятного в ней ничего не было. Ну, чудовища. Бывает. Главное, самых опасных переловить оперативно и за первокурсниками проследить.

И тем не менее, конечно, родители студентов всегда надеются, что их чадо в полной и абсолютной безопасности. И страшно возмущаются, когда вдруг узнают, что это не совсем так. Обычно всевозможные происшествия внутри академии в ее же стенах и остаются, не привлекая лишнего внимания. Однако скандалы нет-нет да случаются. Скажем, в тот раз, когда животные вырвались из монстрятника, это видели родители абитуриентов — а тут уж ничего скрыть было невозможно.

Мне тогда пришлось отвечать примерно на миллион гневных писем, а от проверки министерства образования мы отмахались и вовсе не иначе как чудом. Малик говорил, вменяемые чиновники тоже отлично понимают, что подобные инциденты в учебных заведениях магического профиля неизбежны, и если удается избежать смертельных случаев, выгораний и необратимых травм — это уже значит, что администрация учебного заведения вполне справляется. Тем не менее, реагировать на жалобы они все равно обязаны. А еще, если кому-то в министерстве вдруг чем-то не угодит Тей — или, вообще-то, любой другой глава магического учебного заведения — то сместить его всегда найдется повод, достаточно будет поднять все подобные случаи.

— Теперь, говорят, диверсанта ищут. Из своих же кто-то, чужие-то на территорию бы не зашли!

Глаза юной целительницы горели восторгом. Кажется, она себе навоображала уже целый детективный роман в трех частях. Или шпионский.

Уходить она не спешила, хотя с повязкой уже закончила. Как и выдавать мне рекомендации. Видимо, я последний человек, кому можно пересказать все свежие новости и сплетни. Для всей остальной академии это уже и не новости.

Я попробовала подвигать освобожденной рукой. А ничего, нормально двигается. И не больно уже совсем. Обожаю магию!

Диверсант. Почему-то мысль об этом вызвала смутное беспокойство.

— Гончую-то поймали?

— Неа, — девчонка мотнула головой, и кудряшки забавно запрыгали. — Сама вернулась! Только сначала, говорят, кладовую при столовой разгромила. Вынесла окно, пробралась через столовую в кухню, а оттуда и в кладовые. А в кладовой покрала цельный свиной окорок! Копченый. Так с окороком в зубах и вернулась.

— Их что, плохо кормят?

— Нормально их кормят! — тут же гневно опровергла целительница. — За ними там и следят, и ухаживают, и кормят всех этих тварей отлично!

За ними… точно! Гончих же две было. В одном вольере.

— А что, убежала только одна гончая? Их же двое!

Девушка пожала плечами.

— Вторая вроде в клетке осталась. Не знаю уж, почему. А вам, кстати, можно и идти уже. В ближайшие дня три руку лучше не нагружать. И к зельеварам зайдите, вам старший целитель пару настоек выписал, там расскажут, как принимать. А вас ждут уже.

— Ждут?

— Тролльша с девочкой с утра в коридоре сидят.

Я подскочила и потянулась за одеждой.

У Умы, между прочим, выходной сегодня. Она, конечно, не упрекнет и не пожалуется, но стоит ее все-таки отпустить. А нам с Лелькой сегодня надо по магазинам. И вообще мы собирались провести этот день вдвоем.

Вот только вид у моего ребенка оказался какой-то взъерошенный и несчастный. А отчего — ребенок, конечно, признаваться не желал. Ладно, разберемся.