Книга У нас под крылом – солнце, страница 149 – Наталья Филимонова

Или нет? Ида вдруг задумалась. Ада давно уже вела себя так, будто вместе с телом помолодела душой. Она даже перестала ныть, что “слишком старая” и “мозги уже не те”. Как бы трудно ей ни было, в те знания, что считала важными для себя, она вгрызалась с настойчивостью бультерьера. И пусть не хватала звезд с неба, пусть порой по-русски ругалась сквозь зубы, как сапожник, и рвала листки с заданиями, но курс за курсом вполне уверенно сдавала экзамены.

А каждый раз, когда ей доводилось посидеть за штурвалом своего учебного самолета, ее глаза горели почти фанатичным огнем.

О прежней бабке Зинке сейчас напоминал только ее говорок, по -прежнему странновато и забавно звучавший, наложившись на виссарийский язык. Но Ида сильно подозревала, что свое произношение Ада не исправляет нарочно - то ли ей так больше нравится, то ли напоминает себе таким образом, кто она и откуда пришла. Во всяком случае, она уже не раз слышала, как сестра, когда ей это было зачем-то нужно, произносила фразы на чистейшем языке без малейших следов акцента.

Ада, поверив до конца, что это возможно, вцепилась изо всех сил в возможность вернуть свои утраченные мечты и расправить крылья.

А она, Ида? Изменилась ли она с тех пор, как попала сюда? Шесть лет прошло, немалый срок! И ведь тогда, оказавшись здесь, она решила для себя, что действительно начнет эту жизнь с чистого листа, без оглядки на старые раны.

Здесь она могла быть наконец самой собой, здесь никто не ограничивал ее в ее мечтах, планах и интересах. Но глядя на бесшабашно хохочующую и по -настоящему юную Аду, она иногда и впрямь ощущала себя едва ли не старухой. Как будто она все еще сидит, запершись, в старенькой саманной хатке в богом забытой южнорусской станице, и никак не решится снова вернуться в мир и попробовать жить.

— Все будет, - серьезно сказала сестра, приобняв за плечи. - Ты главное, сама себе не запрещай. Кстати, на бал ты, как всегда, с Кеем?

— Ну да, наверное, - Ида пожала плечами. На все студенческие балы она обычно ходила с Кеем - это было удобно для обоих. Парень вроде бы иногда с кем -то встречался за пределами академии, но никогда не приглашал своих девушек на студенческие праздники.

Конечно, можно было бы еще так же по-дружески прийти с Сиршем, но, во-первых, зачем попусту вызывать зависть у сокурсниц, появляясь с принцем? А во -вторых, к чему ей лишние пересуды? Сирш успел перевстречаться уже чуть ли не со всеми девушками академии (с некоторыми - не по одному разу). Сестры Виленто были одними из немногих, кто этой сомнительной чести еще не был удостоен, хотя в их обществе ритховский принц появлялся регулярно. По академии ходили упорные слухи, что он якобы безнадежно влюблен в одну из них, и подкреплять эти сплетни Ида считала совершенно лишним.

— А ты - со своим “Ксероксом”?

— Ну да, наверное, - отзеркалила ее Ада, как-то слишком поспешно отвернувшись. - А тебе еще не поступало... других предложений?

Ответить Ида не успела - в дверь их общежитской комнаты постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. На пороге стоял один из первокурсников драконьего факультета этого года - Ида помнила его только в лицо. Кажется, этого парня поселили на одном из нижних этажей.

— Для Иды Виленто, - буркнул молодой ритх, вручая огромный букет белых роз. Ахнув, Ада подхватила букет, а парень тут же испарился, не дожидаясь вопросов.