Книга У нас под крылом – солнце, страница 136 – Наталья Филимонова

Ректорский цилиндр влетел в беседку бесшумно, а вот сам запыхавшийся ректор шел не только быстро, но и довольно грузно - все-таки годы уже не те. Не услышать его шагов было невозможно - и “жар-птица” в перьях и с завязанными глазами с томным вздохом ринулась к нему.

— Я так ждала тебя! - выдохнула она, едва не падая на руки обомлевшему ректору Севейну. Тот попытался что-то сказать, но смог только открыть и закрыть рот, как пойманная рыба, попробовал отстраниться - но настойчивая “птичка” вцепилась в него клещом.

Когда в беседку заглянули Крейг и Таулина, их глазам предстало незабываемое зрелище: суровый ректор Севейн, ловя ртом воздух, молча и сосредоточенно отбивался от льнущей к нему “танцовщицы”. Истинно джентльменское воспитание не позволяло ему грубо хватать за руки даму - да и сказать ей именно то, что крутилось сейчас в голове, он никак не мог, не уронив достоинства благородного тисса.

При виде свидетелей этого безумия глава академии смог выдавить из себя первое слово.

— Помогите... - прохрипел он.

В этот момент опомнился наконец впавший в ступор декан Леган - и ломанулся на выручку начальству прямо через кусты. Ректор почему -то совершенно уже не удивился выскочившему из кустов, как черт из табакерки, главе драконьего факультета.

Все это произошло на самом деле в считанные секунды, за которые даже до Дайсы должно было дойти, что что-то пошло не так. Голос ректора и топот множества ног вокруг со всей очевидностью свидетельствовали, что не так пошло все. Девушка сорвала повязку с глаз и отшатнулась от Севейна. Взгляд ее тут же остановился на Крейге.

— Милый? - тихо и очень растерянно спросила она, попытавшись кинуться к нему, но тот отшатнулся с точно таким же выражением ужаса на лице, что и ректор.

Длинно всхлипнув, Дайса метнулась к скамейке, на которой оставила свой плащ, и, на ходу пытаясь в него завернуться, опрометью кинулась вон. Увы, полы предательски распахивались, периодически являя миру пышные перья. Синие.

“Пти-ца сча-стья завтрашнего дня.” - жизнерадостно грянул в голове у Ады ансамбль “Здравствуй, песня”.

— Что. - слабым голосом начал ректор, - что это было?..

— Ну, - Ада подала ему подобранный цилиндр, - вы такой видный мужчина. Студенткам трудно устоять.

Кирен Леган при этих словах поперхнулся, Крейг и Таулина одновременно закашлялись, а вот ректор Севейн как-то даже слегка приосанился.

— Хм.

— Ей все говорили, но Дайса у нас, знаете, увлекающаяся натура.

История о первокурснице в перьях, принародно домогавшейся ректорского тела, облетела академию мгновенно. С такой славой Дайса Леварри больше не могла здесь учиться - и уж тем более ловить женихов. Остров она покидала, закутавшись в плащ с головы до пят.

Келла, конечно, чувствовала себя виноватой - но, во-первых, ясно было, что она все равно вряд ли смогла бы остановить ректора. А во-вторых, о подробностях аферы Дайсы она не знала - и едва услышав, что “охмуряемый” пятикурсник был, в общем -то не свободен, терзаться тут же перестала.

К слову, славе "приворотного зелья" инцидент, как ни странно, ничуть не повредил. Романтичные девы единодушно решили, что просто настоящая любовь сильнее.

— Макиавелли позавидовал бы твоему коварству, - пробормотала Ида, услышав сильно сокращенную и подредактированную версию изгнания блондинки и едва поверив в эту историю. Сама она, доверяющая только логике и знающая, что поступки людей оной часто не поддаются, ни за что не взялась бы просчитывать реакции стольких действующих лиц и их следствия. - И не жалко тебе ее?