Книга Ставь на единорога, страница 5 – Наталья Филимонова

К старости в его голове помещалось, пожалуй, больше фактов и событий, чем у любого ученого.

А потом в доме случился пожар – и деда Матеуша не успели вынести. Он погиб раньше своего срока – и вернулся.

Причем не к началу пожара – калека, прикованный к постели, все равно не смог бы предотвратить беду. Он вернулся в собственное детство – в тот день, когда забрался на стену. И отказался от спора.

И прожил целую вторую жизнь – на этот раз длинную и увлекательную. И пожара на сей раз так и не случилось, потому что семья жила уже в совсем другом доме. А еще именно благодаря Матеушу наша семья стала одной из самых богатых и влиятельных в стране. Он точно знал, на что делать ставки. В какие компании вкладываться. От чего подстраховаться. Какую беду и как предотвратить. С кем стоит дружить, а от кого держаться подальше. Какой неоценимый совет дать сильным мира сего…

Задумавшись, я едва замечала, где иду. И почти налетела на незнакомца, вышедшего из-за угла.

— Простите! – ситуация вышла ужасно неловкая: я едва не уткнулась носом мужчине в подбородок. Извинившись, попыталась тут же, не глядя, обогнуть его.

Однако незнакомец, кажется, тоже не отличался особой вежливостью.

— Куда так торопишься, красавица? – он белозубо улыбнулся, и не думая уступать мне дорогу. – Сбежала с лекций на свидание?

Я фыркнула, невольно поднимая глаза. Да, в университете меня тоже до сих пор постоянно принимают за студентку – и это порождает массу неловких и неприятных ситуаций.

Мужчина был высоким. Я вообще-то тоже совсем не маленькая для женщины, но он возвышался надо мной как минимум на полголовы. Светло-русый, загорелый, с крепкими широкими плечами, в кожаном жилете поверх рубашки с закатанными до локтей рукавами. На голове сдвинутые на макушку гогглы – похоже, артефактные. Ворот рубашки небрежно распахнут, а шейный платок попросту отсутствует.

Я скользнула взглядом в ту сторону, откуда он появился – ну разумеется. Квартал мастеров. Один их этих рукодельников, собирающих кустарные артефакты из чего попало без всякой научной базы, да еще механизмы, якобы способные вообще заменить магию. Даже почудилось, что от мужчины чуточку тянет машинным маслом.

— Позвольте пройти, – холодно откликнулась я.

— Какая строгая пичужка, – как-то тепло усмехнулся он.

Вздрогнув, я подняла взгляд – и встретилась с ним взглядами.

У него разные глаза. Один зеленый, другой – желто-карий.

И я знаю эти глаза.

Просто когда я видела его, он был старше. И раньше я не догадывалась, откуда взялся этот человек.

Надо же… а я-то так гордилась собой. Гений поколения, удивительное открытие… каких только восхвалений я не слышала в свой адрес в первой жизни.

А оказывается, мое открытие почти смог повторить какой-то самоучка из квартала мастеров.

Вот кто создал “паутину” во второй раз.

Наверное, этот тип вслед за Мареком счел меня сумасшедшей или кем-то вроде того. Не каждый день тебя разглядывают с таким сложным выражением лица, а потом едва ли не сбегают, не удосужившись даже вежливо попрощаться.

Впрочем, все равно. С этим кэром я уж точно не намерена поддерживать светских отношений. Да и каких бы то ни было. В первой жизни я о нем ничего не слышала, а во второй – видела лишь однажды мельком. Просто разные глаза – это то, что сложно забыть. И я знала о нем лишь то, что Дорин Сабо руководил тем самым проектом.