Книга Истинно по-драконьи, страница 53 – Наталья Филимонова

Подхватив подол, я прыгнула обеими ногами на холст – и ожидаемо провалилась в него.

И тут же завизжала, ощутив свободный полет – и схватилась за единственное, что могло дать хоть какую-то опору, – башенный шпиль. Сначала руками, а потом и ногами обняла его, чувствуя, как пальцы начинают скользить. Под ногами оставалось еще несколько метров шпиля, а ниже – наклонная крыша, на которой вряд ли удастся встать. Башня высоченная, не зря ее издалека было так хорошо видно…

А надо мной… Прямо в небе по-прежнему светится прямоугольным контуром мой “картинный” портал.

— Не так уж и плохо! – Баронесса, высунувшись из прямоугольника, окинула взглядом город… ну и меня на шпиле. – Но с векторами надо работать!

Она протянула руку, и я, с трудом разжав пальцы, вцепилась в нее.

…В конечном счете втаскивали меня, перехватив за обе руки, все те же стражники. Баронесса мой вес вполне ожидаемо не потянула.

На траву возле своего городского пейзажа я буквально упала. Однако, едва отдышавшись, обвиняюще ткнула пальцем в баронессу.

— Вы знали!

— Разумеется, я видела, куда ты строишь направляющий вектор, – спокойно кивнула та.

— Почему не предупредили?!

Моя наставница пожала плечами.

— Я видела, что ты не разобьешься и не сядешь на шпиль. В крайнем случае я бы тебя вытащила, выстроив собственный портал на твоем пути. Думаешь, обычные портальщики учатся как-то иначе? Мы все учимся, набивая шишки. Помнится, я свой первый портал открыла прямиком в океан. Наставнику пришлось постараться, чтобы выудить меня оттуда. Зато с тех пор я очень хорошо знаю, как важно тщательно все вымерить и проверить, прежде чем шагать в портал. В твоем случае – хотя бы заглянуть в него предварительно. Что касается векторов, раз ты их не видишь… но ты ведь как-то его сместила в процессе работы, верно? В чем-то тебе будет сложнее, придется искать свой метод буквально на ощупь, но ты точно справишься.

Засопев, я перевела взгляд на свою акварель. Да, я сознательно сделала акцент на солнечном блике на этом проклятом шпиле, превратив его фактически в смысловой центр композиции. Потому что так получалось красиво и достоверно! Векторы-шмекторы… И что мне теперь, писать пейзажи, акцентируясь на траве или брусчатке, да еще и вдохновенно? Ну бред же!

— Ты справишься! – уверенно повторила баронесса.

А я… подумала и решительно встала, чтобы закрепить на этюднике новый холст. И, ни слова не говоря, принялась почти сухой кистью сразу, без эскиза, набрасывать очертания… родной городской улицы.

Дома сейчас осень. Дожди. Листья на деревьях уже пожелтели и облетают, шелестя под ногами. Влажный воздух пахнет прелью. А вечером зажигаются фонари, и огни отражаются в мокром асфальте.

Баронесса, вначале хмыкнувшая, замерла за моим плечом, но я больше не обращала на нее внимания. Как и на двоих стражников, снова замерших неподалеку. В этот раз я не ошибусь.

Не знаю, сколько я так работала, совершенно потерявшись в захватившем меня пейзаже. Но акварельная ночная улица с размытыми дождем силуэтами домов и машин получилась совершенно живой, настоящей. Я ни секунды не сомневалась, что в этот раз все верно. Я выйду прямо возле своего дома.

— Это твой мир? – негромко спросила баронесса.

Я молча кивнула.

— Красиво… и странно. И направляющий вектор вышел странный.