Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 12 – Ольга Барыкина

— Это имя древнего драконьего рода.

— Это лингвистическое преступление, а не имя. Пока ты закончишь представляться, у людей уже старость начнётся.

У кого-то из слуг нервно дёрнулись плечи.

Люциус медленно скрестил руки на груди.

— И что ты предлагаешь?

Лена задумчиво прищурилась, разглядывая его так внимательно, будто выбирала кличку для особенно породистого, но проблемного кота.

— Буду звать тебя Лютик.

Кухня издала коллективный звук ужаса.

Главный повар так резко вдохнул воздух, что чуть не подавился собственным существованием. Одна из служанок выронила пучок зелени. Мальчишка у стены вообще перекрестился автоматически, хотя, судя по форме местного храма, религия у них была совершенно другая.

Сам Люциус очень медленно повернул голову к Лене.

— Как именно ты меня сейчас назвала?

— Лютик, — терпеливо повторила она. — Коротко, удобно и не звучит так, будто сейчас начнётся вторжение в соседнее королевство.

В золотых глазах дракона появилось то особое выражение, с которым люди обычно смотрят на тех, кто только что добровольно шагнул в пропасть.

— Меня называют Лютым, — произнёс он спокойно, но где-то на заднем плане уже начинал чувствоваться дым от задетой гордости.

— А я буду Лютиком. Тебе подходит.

На несколько секунд повисла такая тишина, что стало слышно, как в дальнем углу кипит бульон.

Люциус смотрел на неё не мигая, явно пытаясь принять какое-то внутреннее решение. То ли придушить прямо сейчас. То ли сначала всё-таки выяснить, почему в его дворце взялась женщина с полностью отсутствующим инстинктом самосохранения.

Потом он неожиданно выдохнул сквозь смешок и покачал головой.

— Ты совершенно сумасшедшая.

— Зато тебе больше не скучно.

И, судя по тому, как дрогнул уголок его рта, возразить ему было нечем.

И тут Лена чихнула так громко, что ближайшая служанка испуганно вздрогнула и чуть не выронила поднос, после чего чихнула ещё раз, уже с тем мрачным достоинством человека, который окончательно убедился: дворец дракона — это не роскошь, а очень дорогая аллергия.

Потом она провела пальцем по ближайшей полке.

На пальце остался такой слой пыли, что археологи из её мира наверняка начали бы осторожно определять эпоху и культурный слой.

Лена несколько секунд молча смотрела на серую полоску, после чего медленно подняла взгляд на Люциуса.

— А вот теперь у нас действительно серьёзный разговор.

Дракон, до этого наблюдавший за кухонным хаосом с выражением человека, смирившегося со своей судьбой, сразу насторожился.

— Что ещё произошло?

— У вас дворец грязный.

В помещении стало тихо.

Очень тихо.

Та особая тишина, которая появляется после фразы, способной разрушить чью-нибудь карьеру.

Из дверей практически мгновенно материализовался главный управляющий дворца — высокий сухой мужчина с лицом человека, который искренне ненавидит пыль, шум, людей и любые неожиданности.

— Во дворце ежедневно проводится уборка, — произнёс он ледяным тоном, от которого молоко наверняка скисало прямо в кувшине.

Лена молча подняла палец с толстым слоем серой пыли.

Управляющий побледнел так резко, словно прямо сейчас увидел собственную казнь в деталях.

Люциус перевёл взгляд с пальца на управляющего, потом обратно, после чего очень спокойно уточнил:

— Герман.

— Да, Повелитель.

— Почему моя резиденция выглядит так, будто её последний раз убирали при основании империи?