Книга Загадка проклятого дома, страница 90 – Галина Герасимова

А вот эта оговорка была явно не запланированная, так как бабушка разом помрачнела. — Моя просьба будет похожа. В этом доме погиб давний предок Фурико. Мне хотелось бы узнать настоящую причину его гибели.

Условия оказались просты. В ближайшее время мы должны были вернуться в Розаводь, где тщательно изучить все, что связано с первым владельцем: старые документы, письма и упоминания в слухах. По возможности, расспросить в городе о женщине, с которой он жил — про любовницу бабушка слышала, но толком ничего не знала. Я просвещать тоже не торопилась, решив обговорить данный вопрос с Сакурой.

Взамен передаваемых сведений нам обеспечивалась финансовая поддержка (необходимая в рамках поиска), а также защита от всевозможных нападений. Иными словами, ежедневная охрана особняка. Форс-мажорные обстоятельства заняли еще полчаса обсуждений, и в наше распоряжение поступило четверо телохранителей Фурико, работающих в парах по сменам.

Ну и последнее — Артуа ехал с нами. То ли для контроля, то ли из любопытства. Бабушка от его заявления была не в восторге, но возражать не стала.

— А теперь оставьте меня с Асаяке наедине, — обратилась к парням глава Фурико, когда все детали были обговорены. — Артуа проводит вас в комнаты, или можете пройти на кухню перекусить. Стол так поздно накрывать не будут.

— Мне уйти? — напрямую уточнил Югата, пока я ошарашено хлопала глазами. Такое вопиющее нарушение этикета адвокату было не свойственно, зато меня сразу взбодрило. Это всего лишь разговор, переживу. Прежде, чем бабушка что-либо высказала в отношении друга, я поспешила разрешить конфликт.

— Да. Завтра с утра выезжаем, так что отдохните. Я загляну к вам перед сном.

Адвокат убедился, что мимолетная паника от бабушкиной фразы прошла, и просьбу выполнил. Догнал уже стоящего в дверях оборотня — тот задерживаться не стал, а покинул комнату, как только появилась возможность. В свободное время, Кагэ надеялся побродить по дому и выяснить, здесь ли кузина.

Дождавшись, пока за молодыми людьми закроется дверь, глава Фурико повернулась ко мне.

— Я понимаю, что у меня нет прав давать тебе советы, — миролюбиво произнесла она, но в голосе слышалась грусть. — Но видеть, как ты повторяешь мою ошибку, не хочу. Кто бы из них тебе не нравился, забудь. Ты принадлежишь Хасу, и семья всегда будет превыше любви.

— Простите? — я ожидала чего угодно, расспросов о дедушке, о маме с тетушкой и их жизни, но только не нравоучений. Тем более, мне было непривычно слышать неформально обращение. — Фурико-сама, не совсем понимаю, к чему вы ведете, но моя личная жизнь касается только меня.

— Меня зовут Мисаки, — неожиданно горько сказала женщина. — Если не трудно, называй меня по имени.

Я замялась. Отвечать отказом было некрасиво, но родственных чувств я не испытывала. К тому же, Хасу учили постоянно быть настороже, и я боялась, что дружелюбное отношение может быть игрой.

— Хотя бы попробуй, — видя мое замешательство, попросила бабушка. — Мы не чужие люди. Ты можешь не верить, но мне больно, что столько лет я не могла с вами общаться. Именно поэтому я повторюсь — не делай моей ошибки. Не влюбляйся.

— А разве вы любили дедушку? — спросила я, и тут же прикусила язык. Вот надо было ляпнуть, не подумав. Но глава Фурико не рассердилась.