Книга Путешествие в Драконьи горы, страница 63 – Галина Герасимова

— Не двигайся, у тебя все стопы изранены. — Он опустился возле Яды на колени, не обращая внимания на нож в её руке.

Она подняла клинок, замахнулась… но не смогла ударить. Девушка помнила неведомо откуда, что драконов надо опасаться. Разве это не страшные звери, извергающие пламя и способные раздавить ударом лапы? Тогда почему чем больше она смотрит на него, тем сильнее её к нему тянет? Хочется обнять, запутаться пальцами в светлых волосах, вдыхать терпкий запах кожи и горький — хвои. Пожаловаться на то, как ей тяжело и больно.

Яда всхлипнула и опустила руку. Сжалась от его осторожного прикосновения и прикрыла глаза. Кто он, этот загадочный мужчина, который относится к ней с таким трепетом?

— Обещаю, я не причиню тебе вреда, — сказал незнакомец и, подхватив её на руки, понес к речке.

Несмотря на холод, он зашел в воду по пояс и опустил в неё ступни Яды, чтобы смыть грязь и запекшуюся кровь. Девушка не выдержала и заплакала, уткнувшись ему в плечо и кусая губы, чтобы не разреветься в голос. Ледяная вода усмирила боль, но желание быть рядом с драконом пугало. В его руках она чувствовала себя такой хрупкой и беззащитной! Он с легкостью удерживал её на весу, пока омывал ей ноги, и ни разу не пожаловался на холод, хотя Яда видела, что он мёрзнет!

Когда они выбрались из воды, перед ними появилась уже знакомая фея. Дунула в лицо дракону золотистую пыль с крылышек и противно захихикала.

— Никто не смеет оскорблять фей! Развлекайтесь, — она показала мелкие острые зубки и исчезла в ворохе искр. Только отголосок смеха звучал, словно колокольчик.

На Яду волшебная пыль тоже попала. Самую малость, но этого хватило, чтобы тело обожгло огнем, а сердце застучало быстрее. Она ощутила странную истому, в животе скрутился тугой комок. Захотелось прижаться к мужчине еще крепче, поцеловать плотно сжатые губы…

А дракон словно окаменел. Только ноздри широко раздувались да мускулы на руках бугрились. Яда посмотрела ему в глаза и увидела то же буйство чувств, что колотились у неё внутри. Как будто темный шторм, готовый обрушиться со всей силой.

Кто из них первый потянулся к губам другого, Яда не помнила. Её губы были солеными, а его — обжигающе горячими, и он покрывал поцелуями её лицо, шею, руки…

— Прости, прости! — шептал он между поцелуями.

Яда никак не могла понять, за что он просит прощения, ведь ей так хорошо и так сладко! Она тонула в его ласках. Хотелось большего, а чего — сама не знала.

Только оставшись без рубашки, девушка заметила, что на её груди расцвел темный цветок. Странный рисунок пульсировал под прикосновениями дракона, расцветал на коже, следуя за его руками и губами. Как будто играл с ним, оставляя горящие отметины. Не было места, где бы не проявились темные линии. Яда всхлипывала, но уже не от боли, а от наслаждения, и неловко пыталась подарить мужчине нежность.

— Ты помнишь меня, Яда? Скажи, что помнишь? — нависнув над ней, прошептал он.

Но девушка не могла ответить, хотя в затуманенной волшебством голове крутилось имя, вертелось на языке…

Мужчина зарычал и, вдруг обратившись в зверя, взлетел в небо с гортанным криком.

— Змар? — с сомнением прошептала девушка, прижимая рубашку к груди. А цветок, горевший огнем на коже, медленно сворачивал лепестки.

Она словно очнулась от странного тягучего сна. Разгоряченного тела коснулся прохладный ветер, и пришло осознание того, что едва не случилось. Яда прижала руки к пылавшим от стыда щекам, четко понимая — если бы дракон не улетел, она отдалась бы ему — вся, без остатка! А что хуже всего, она и сейчас не против это сделать. Змар… Кажется, это его имя, и оно ей почему-то дорого. Яда попыталась понять, что чувствует, произнося его. Волнение, нежность, трепет? Но внутри было намешано столько всего, что оказалось невозможно отделить собственные желания от навязанных магией фей.