Книга Призраки больше не молчат, страница 131 – Галина Герасимова

Он красноречиво посмотрел на улицу. За окном сгущались сумерки, и идти в город сейчас было чистым самоубийством.

— Значит, уходим на рассвете, – подвел итог Дин.

— Да. Напиши записку остальным. Думаю, не мы одни волнуемся за Фреда. Да и нас хватятся, – напомнил Рой и повернулся ко мне: – Мэгги, наши вещи тоже подготовь. Но много не бери, неизвестно, как обернется дело.

С этим не поспорить, с баулами за плечами по чужим домам не побегаешь.

Арчи шестым чувством узнал, что его покидают, и устроил целый концерт: ночь напролет то заунывно мяукал, то ластился и забирался на руки, то обиженно сидел у самых дверей, словно собирался уйти с нами. Мне и самой не хотелось спускать его с рук – негромкое мурлыканье хотя бы немного отвлекало от мыслей о предстоящей вылазке. Спускаться к себе в комнату я тоже не стала, прикорнула на диване.

С первыми лучами солнца, продремав от силы часа два, мы собрались, вышли из комнаты и постучали в соседнюю дверь. Фред не открыл, и ждать дольше мы не стали.

— Жалеешь?

Рой заметил мой брошенный украдкой взгляд.

Школа и общежитие с ее привычным распорядком остались позади: проштрафившиеся рекруты, позевывая, бежали в сторону стадиона, а немногочисленный персонал шел на работу. Мне нравилась школа, не хотелось с ней расставаться. Учиться здесь было непросто, зато интересно. И у меня появились друзья.

— Есть немного, – не стала отпираться я и отвернулась.

У нас были дела поважнее, чем ностальгия.

Красная Яма – район, в который мы планировали наведаться, – можно было смело называть филиалом Глуши. В нем собиралось самое отребье: воры, контрабандисты, работорговцы. Там же находился Кирпич – бар и черный рынок, где можно было приобрести за деньги все что угодно, начиная от наркотиков и заканчивая оружием. А еще купить информацию. Если где и знали, куда подевался наш командир, то здесь. В Яме активная жизнь начиналась после полуночи и бурлила до рассвета. Утром местные отсыпались. Даже псы не вылезали из подворотен, лениво и издалека облаивая редких прохожих.

Воняющий нечистотами переулок вывел нас к низенькой металлической двери со стертой вывеской наверху. Прочитать ее было невозможно. «Под мухой», «Стрелка», «Бункер» – Кирпич называли по-разному. Впрочем, мы были здесь не первый раз, чтобы бесцельно гадать.

Дверь противно заскрипела, привлекая внимание немногочисленных посетителей, тех, кто мог отреагировать на шум. Двое парней спали, уткнувшись лицом в немытые столы, и их храп смешивался с монотонным жужжанием помойных мух и дребезжанием старой пластинки в граммофоне, призванном изображать музыку. Как по мне, мухи жужжали мелодичнее.

— О, детки Глуши пожаловали! Валите-ка отсюда пока целы.

Бугай, сидящий за барной стойкой, залпом допил стакан с мутноватой жидкостью и пустил пустую посудину прямо в руки пузатому бармену. Тот неторопливо вытянул из-под стола такую же пузатую, как он сам, бутылку, налил добавки и отправил стакан обратно.

— Не кипиши, Стоун, у нас ограничения на вход нет. Только на выход, – хохотнул бармен и с прищуром посмотрел на Роя. Я плотнее надвинула капюшон толстовки и опустила голову, надеясь, что меня не вспомнят и не узнают. – Давненько не виделись, Грейс. Слышал, ты ушел в ловцы?

— Как ушел, так и вышел.