Книга Призраки больше не молчат, страница 124 – Галина Герасимова

— Ты молодец. Отдыхай.

Я снова смежила веки и проспала до самого утра.

К восьми в комнату постучал Фред. Спала я, к своему удивлению, совершенно спокойно и без кошмаров.

— Решила встать пораньше или не смогла уснуть? – поинтересовался Фред с порога, протягивая завернутый в маслянистую бумагу кусок кекса. Наверняка сгонял на кухню и выпросил для успокоения нервов. Фреда местные повара любили и баловали, но кекс готовили, конечно, не для него одного – сладкое помогало ловцам восстанавливать силы. – Держи, угостишь своих.

Он кутался в теплый свитер, а левую руку держал на перевязи. Ему тоже досталось. Я неопределенно пожала плечами и спросила, не хочет ли он подняться со мной к братьям, но Фред качнул головой:

— Спасибо, Мэгги, но некогда. Пойду к Уоррену, узнаю задачи на сегодня. Прорыв уменьшился, но до закрытия далеко. Так что буди ребят, завтракайте и собирайтесь, работа найдется.

Когда я поднялась к ним в комнату, братья спали глубоким сном, игнорируя как солнечные лучи, так и Арчи, который прыгал с яруса на ярус и топтался по ним с громким мурлыканьем. Рой отмахнулся и уткнулся лицом в подушку, а Дин вообще закопался в одеяло.

Я позволила себе минуту любоваться торчащими пятками, локтями и носом, а затем потрясла Роя за плечо. Проснулись Грейсы одновременно и первым делом потянулись к оружию.

— Расслабьтесь. Завтрак на столе, – фыркнула я и бросила в Роя футболкой.

Он окончательно выпутался из одеяла и повернулся ко мне спиной. На боку у него расплывался кровоподтек. Непохоже, чтобы ребра были сломаны, но подлатать не помешает.

— Так, ты – иди умываться, а ты – сиди здесь. Буду лечить, – решила я и ушла за мазью.

Дин послушно проскользнул мимо к душевым.

Когда я вернулась в комнату, Рой, морщась, ощупывал бок. Я залезла на кровать, села позади него, зачерпнула из баночки дурно пахнущую смесь и щедро плюхнула ее на синяк. Лекарства оставалось на донышке: за время обучения мы пользовались мазью чаще, чем хотелось бы.

— Ты больше не злишься?

Рой не ответил, но и не ушел, из чего я сделала вывод, что он готов заключить перемирие. Как бы сильно он ни обижался, а все равно заботился. Пока я спала, он щедро замазал зеленкой мои царапины, а глубокие ранки заклеил пластырем с ватной повязкой. Позеленевшие пальцы выдавали его с головой.

— Спасибо.

Я благодарно прижалась лбом к его спине и охнула, когда Рой развернулся и опрокинул меня на кровать. Баночка выпала из рук и покатилась по полу, а парень навис надо мной с серьезным и немного сердитым видом.

— Это последний раз, когда я тебя прощаю, – предупредил он. – Знаешь, как я испугался?

— Догадываюсь, – виновато улыбнулась я, чувствуя себя дурочкой, попавшейся на удочку Ведьмы.

— Нет, не догадываешься, – покачал головой Рой и притянул меня к себе. Уткнулся носом в шею, не отпуская. – Что же ты со мной делаешь…

От крепких объятий я охнула. Рой нахмурился и, не успела я возмутиться, дернул мою широкую футболку вверх. Прохладный воздух обжег обнаженную кожу. Пальцы Роя касались едва ощутимо, скорее щекотно, не вызывая боли. Живот, плечи, ребра…

— Утром было темно, я пропустил парочку ссадин, – нахмурился он и наклонился за баночкой с мазью. – Потерпи немного.

Потерпи?.. Я издала сдавленный смешок и закрыла лицо рукой. Казалось бы, что особенного в этой ситуации? Рой столько раз смазывал мои синяки, что не вспомнить! Но я не могла отрешиться от его прикосновений. Особенно в такой позе. И ссадины волновали меня в последнюю очередь.