Книга Призраки больше не молчат, страница 102 – Галина Герасимова

Пришел в сознание Генри. Устроенный Маккарти самодельный навес укрыл его от дождя, и покидать его капитан не спешил. В любом случае работать на завале со сломанной рукой он не мог, зато помогал советами, скрипя зубами от боли – обезболивающего, взятого с собой, хватало на две порции, и капитан волевым решением приказал его придержать.

Пока мы разбирали завал, Генри рассказал, что произошло. Источника взрыва он не видел, но предполагал, что это сама пентаграмма. Пока мы зачищали доки, пентаграмма накапливала энергию, высасывая ее то ли из кляксы, то ли из крови убитой жертвы. Прорыва, куда уходила энергия, больше не было – вот и рвануло.

Под завалом нашли еще одного погибшего, на этот раз ловца. Генри, и без того угрюмый, стал мрачнее тучи. Он считал себя виновным, что не уследил. Все каждую вылазку надеялись, что обойдется без жертв.

Наконец мы разобрали доски и арматуру и сделали достаточно широкую дыру, чтобы в нее пролезли застрявшие в подвале. Скинули веревку. Первым вскарабкался пожилой мужчина с ободранными ладонями. Сухо поблагодарил за помощь и с жадностью осмотрелся, выискивая среди нас кого-то. Не нашел, зато заметил тела в отдалении и, сгорбившись, поковылял к погибшим. Узнав одного из них, мужчина глухо застонал, закрыл руками лицо и опустился на колени. Мы отвернулись. Погибшие близкие и друзья порой становились слишком тяжелой ношей, чтобы выдержать ее в одиночку. Чем сильнее привязываешься, тем больнее терять.

Крис отделался легким испугом и рассеченной губой. Джошуа вылезать не спешил. Он стоял внизу, запрокинув голову, а потом дернул за веревку, привлекая внимание.

— У Софи вывих, сама не выберется! – крикнул он, прикрыв глаза от сыпавшейся сверху пыли. – Скиньте кто-нибудь куртку или свитер, я обвяжу ее вокруг пояса, а вы подтянете.

— Двойной булинь вяжи! – скомандовал Маккарти.

Фред сбросил куртку вниз, и вскоре мы подтянули Софи, прижимающую к груди кисть на самодельной повязке. Повезло, если действительно вывих, а не закрытый перелом. Рука распухла и не двигалась, но Софи будто не замечала, вцепившись в Криса и глядя в яму.

Джошуа последним взлетел по веревке и тут же вместе с братом оказался в объятиях заплаканной напарницы. Смущаясь, парни пытались отцепить ее от себя, но Софи чихала на чужое мнение. Я ее понимала. Окажись на месте кузенов Дин и Рой, сама вела бы себя не лучше.

В город мы возвращались в подавленном настроении: реальность отличалась от Лабиринта. Здесь гибли по-настоящему, и переиграть ничего было нельзя. Привычный гул общежития, оживленный и веселый, показался злой насмешкой над случившимся. Мы выжили, а кто-то – нет.

Усталость валила с ног. Я едва доползла до комнаты братьев и, отпихнув путающегося в ногах Арчи, упала на диван. Запоздало вспомнила, что надо бы спуститься к себе – с тех пор, как я вернулась в общежитие, мне выделили комнату в женском крыле, – но сил не было.

— Мэгги, ты так простудишься. Иди в душ и переоденься в сухое.

Рой склонился надо мной, положив рядом стопку одежды. Похоже, собрал все необходимое. Представив, что меня ожидает лестница до первого этажа, чтобы попасть в девичью душевую, я застонала в голос:

— Не хочу!

— Покрывало намокнет, и будешь спать на сыром, – пригрозил он и потянул меня на себя, заставив приподняться. – Вставай. До ужина час, как раз успеешь ополоснуться и поваляться в постели.