Книга Туманные Острова. Возвращение Драконов, страница 75 – Сандра Хартли

“Всё важное, много важного. Я знаю не всё, магия моей глупой ведьмы уходила, а я засыпал,” — сказал тот самый клинок.

Как объяснил Архальм, назвали его в честь первого короля эльфов. Поглотив часть сознания эльфийского короля из Древа Мудрости, которое теперь эльфы называли Деревом Предков, артефакт стал почти одушевленным.

Следующий час, важный клинок в облике детской игрушки, посвящал меня в историю предков. Он рассказывал, откуда взялось то самое проклятие, которое позволило пробудить Даркиса, а еще ругал за глупость и доверчивость.

Спустя час, я всё же забралась на кровать, на которой сидел мерцающий дракон. Судя по его настрою, разговор будет долгим. Очевидно, после долгого сна и вынужденного молчания Архальм желал побеседовать.

Впрочем, я не слишком возражала против такой компании. Слушать истории, не переписанные эльфами, оказалось полезно, а наблюдать за злой мерцающей фигуркой — даже забавно.

Но по мере того как артефакт раскрывал мне тайны Великой войны с орками и вампирами, внутри зрело негодование.

Как сообщил Архальм, уже тогда эльфы ощутили своё превосходство и даже помогали вампирам и оркам. Пусть не все, но большинство высокородных решили с помощью монстров захватить оба континента.

“Не понимаю, почему ведьмы Савояра не свергли эльфов? Не ослабили их влияние и позволили контролировать Туманные острова?” — перебила дракона, и он полыхнул красным.

За несколько часов я уже поняла, что это означает гнев.

“Одна ведьма влюбилась в короля эльфов, твоя неразумная пра-пра-бабка влюбилась в ушастого целителя. Они верили, что, создав Туманное королевство, покажут пример, как маги мирно могут ужиться с эльфами. Судя по всему, ошиблись,” — объяснил дракон, а потом замер.

Померцав, он метнулся к картине на стене, а потом грозно рыкнул.

“Сюда идёт дракон. Завтра коснись руны на ноге, я желаю знать, что происходит. Как и в прошлый раз, повезло угодить в руки глупой влюбленной ведьмы. Будем спасать,” — сказал дракончик, а потом блеснул и исчез.

Нога противно зачесалась, и пока я осматривала непонятно откуда появившийся рисунок, картина скрипнула, а в комнату вошел дракон.

* * *

Принюхавшись, Даркис осмотрел покои и зажег еще несколько артефактов.

“Ты одна, Касити? Я слышал голоса,” — прищурившись, принц драконов подошёл и, присев на кровать, принялся меня обнюхивать.

“Ты зачем это? Я одна, по крайней мере была, пока не появился странный дракон,” — отшатнулась от мужчины.

Даркис тихо, но угрожающе рыкнул.

“Я слышал разговор, Касити. С кем ты говорила? Не ври мне,” — настороженно проворчал повелитель, снова осматривая пустую спальню.

“С собой, просто рассуждала вслух. У тебя были гости?” — задала я встречный вопрос, желая сменить тему. — “Из Эльфтала?” — тут же озвучила свою догадку.

Даркис вздохнул, наконец перестал искать моего призрачного друга и поднялся.

“Один из советников Элвинтора. Ты, вероятно, уже слышала о его дочери — Лунари. Она главная фаворитка,” — не стал отпираться дракон.

Расхаживая по спальне, он стягивал свою одежду, позволяя оценить подтянутый торс и мощные руки.

“Даркис, а что ты делаешь?” — спросила, отползая к изголовью.

Мужчина уверенно разделся, оставив только белье, и, похоже, не собирался покидать комнату.

“Позволяю тебе рассмотреть своего повелителя, моя прелесть. А ещё я собираюсь ночевать тут. С тобой,” — сообщил принц тем же ровным тоном.