Книга Любовь среди туманов, страница 194 – Кира Крааш

Далее состязались Клаус и инквизитор. Практически классика, с той только разницей, что инквизитор решил не мелочиться и попер на опешившего демонолога с палицей. Клаус возмущенно верещал, уворачиваясь от прямых и простых атак тяжелым тупым предметом по голове, но формально правила спарринга нарушены не были. Призванные демоны могли убить инквизитора, но обезоружить, не вырвав ему конечности, оказались не готовы. В итоге светлому присудили техническую победу, задев злопамятного демонолога за живое.

Потом на ринг вышел Маверик и с самым скучающим видом раскатал какого-то паладина своими любимыми огненными приемами. Бедолага остался без бровей и с очень уязвленным самолюбием – он не успел ни мечом махнуть, ни магией плюнуть.

А потом настала наша очередь.

— Стой позади меня, – тихо напутствовал Аксель, когда мы выходили на площадку для боя.

Я покосилась на светлого, потом на магистра Дестрака, красноречиво показывающего мне кулак, потом на наших противников.

На спарринг с нами вышли двое незнакомых мне студентов шкафообразных габаритов. Они казались мне одинаковыми и даже двигались как-то рывками… как мебель, которую толкают по комнате.

— Кто это? – тихо полюбопытствовала я.

— Братья Нитир. Один – паладин, другой – инквизитор.

И сказано это было таким недовольным тоном, что я сразу почувствовала неладное.

— Личный конфликт? – прищурилась я.

— Типа того, – уклончиво ответил светлый, и в это время Гетрал призвал нас к бою.

Ну, боем это сложно было назвать, конечно. Когда на нас ломанулась эта впечатляющая живая сила, я даже на несколько секунд задумалась о позорном бегстве. Но удержали меня на месте две вещи: первая – все еще красноречивый кулак Дестрака. И вторая – самодовольное хмыканье Акселя. Собственно, дальше все превратилось в какое-то светопреставление – вспыхивало то тут, то там, что-то лязгало и щелкало. В какой-то момент Аксель даже смог оттеснить противников к центру ринга и успешно сражаться там с обоими сразу.

А я стояла, вся такая красивая, и изображала благородную даму, за сердце которой бьются не менее благородные рыцари. И, наверное, я бы так и простояла всю схватку, не слишком беспокоясь за ее исход, – мне-то, в сущности, все равно, будут местные боевые маги считать меня сильной или слабой, – но следующее событие поразило меня до глубины души.

Один из братьев отстранился от схватки, обошел Акселя по дуге и замахнулся какой-то светящейся дрянью прямо в спину моему защитнику! И совершенно не важно, что я не нуждалась в защите уже много лет, меня возмутил сам факт!

Бить в спину! Позорище!

Ну и не сдержалась немного, каюсь. Маленько совсем. Зато от всей своей темной души.

— Чтоб тебя ноги не держали, – буркнула себе под нос, и в тот же миг замахивающийся в спину Акселя брат рухнул плашмя. Чтобы не впечататься профилем в песок, он выпустил из рук ту светящуюся дрянь, но, видимо, выпустил как-то неправильно, а потому она шарахнула по своему же создателю.

В это же время Аксель ловко обезоружил противника, буквально спеленав его тонкой светящейся магической цепью.

И, собственно, все. Поединок закончился, а присутствующие почему-то синхронно посмотрели на меня. Особенно магистр Дестрак.

А я что? Я ничего. Это вообще не я. Он сам.

Ну и чтобы никто не сомневался в моей непричастности, я с места в карьер бросилась к Акселю на шею с воплем: «Мой спаситель! Я так перепугалась! Всю жизнь помнить буду!»