Книга Доктор-попаданка генерала-дракона, страница 57 – Лана Кроу, Елена Смертная

Она им понравилась. Они приняли ее безоговорочно всем сердцем…

Я никогда, никогда не подпускал никого так близко к своим детям. Боялся, что их обидят, что их доверие будет использовано, что их маленькие сердца получат шрам. Но с Риной… это произошло само собой, так естественно… Она просто вошла и стала недостающим кусочком нашей мозаики. Растопила лед не только в их сердцах, но и в моем, окаменевшем.

И вот теперь вопрос: что делать с этой внезапно наступившей оттепелью? Со всей этой… весной внутри? Все так сложно.

Она — моя фиктивная жена. Завтра проверка, от которой зависит наша свобода. А я, когда она сидела так близко, когда ее чистый, теплый запах — не духов, а кожи и волос — щекотал мне ноздри, думал не о проверке. Я думал о том, как ее локон выбился из косы и лежит на шее. И мне дико, по-юношески, захотелось дотронуться. Убрать его. Прикоснуться к этой коже. Это было безумие.

Разумеется, Рина думала о деле. О нашем выживании. А я? Я думал о том, что все слухи о ней — наглая ложь. Я не мог в это поверить. За это время я узнал ее намного, намного ближе. И я был уверен — та женщина, что сидит сейчас рядом, с тревогой в зеленых глазах и листком Басмана в руках, не способна на подлость и легкомысленное предательство. Значит… Может, стоило хоть раз спросить ее? Честно? А не рычать, как зверь?

— Нашла! — ее голос вырвал меня из водоворота мыслей. Она поправила выбившуюся прядь, заправив ее за ухо, и на мгновение обнажилась линия ее шеи. Все внутри меня взбурлило с новой силой. Желание прикоснуться стало почти физической болью. Да, я определенно сходил с ума. — И что там? Мы хоть что-то успеем? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, а не срывался на хрип. — Басман пометил, что многие важны, но не обязательны. И только один ритуал он выделил… огромными буквами. «ОБЯЗАТЕЛЬНО», — она вдруг резко «ойкнула», застыв на месте. Щеки ее покрылись ярким, прелестным румянцем. — Рина? — не выдержал я. Она не ответила, лишь молча указала пальцем на строку внизу листа. Я взял бумагу, еще не понимая, что может вызвать такую реакцию. Взгляд скользнул по строчкам и наткнулся на жирно подчеркнутое слово. И я, не думая, прочитал его вслух, быстрее, чем осознал смысл: — Брачная ночь.

Тишина. Я застыл, бумага замерла в моих пальцах. Медленно поднял глаза и столкнулся с ее взглядом. Ее зрачки были расширены, в них читался шок, неловкость и… что-то еще, от чего воздух между нами стал густым. — Да… — прошептала она, — Брачная ночь.

Ирина

Чемодан Басмана с реквизитом так и не доставили. Поэтому из всех инструкций, оставленных нам жрецом, пришлось выбирать лишь то, что было возможно в этих стенах, без идола богини и священных атрибутов. Мы пропустили десятки пунктов, но сдаваться было нельзя!

Я обула простые сапоги, вплела в тугую косу единственную нарядную ленту — алую — и надела длинную, до пят, белую ночную рубашку. И ждала.

В мыслях стояли лица детей. Тит и Вики верили, что папа просто «съездит по делам» и вернется. И внутри — леденящая, всепоглощающая тревога. Мы обязаны были выполнить это обещание. Любой ценой!

Дверь тихо скрипнула. Вошел Асмир. Я подняла на него взгляд, и дыхание перехватило. Он был в простых штанах и свободной рубашке, но в его взгляде было что-то, от чего сердце забилось с бешеной частотой, словно пытаясь вырваться из груди.