Онлайн книга «Доктор-попаданка генерала-дракона»
|
Он поднял глаза, и мы столкнулись взглядами. Внутри тут же вспыхнуло что-то теплое и незнакомое. — Значит… — он разорвал контакт, посмотрев в листок. — Следующий вопрос… — Ты еще не ответил, какая у тебя любимая буква, Асмир, — напомнила я. Дракон испустил мученический вздох. — Какая ерунда. Когда у нормального человека есть время думать о любимой букве? — Полностью согласна, — кивнула я, не отводя взгляда. — Один вопрос про цвет, второй про нелюбимый цвет… Если боги считают, что это скрепляет браки, неудивительно, что они так часто распадаются. — А что, по-твоему, важно в браке? — вырвалось у меня само собой. Он ответил на удивление легко, будто давно знал ответ. — Преданность. Вот что делает брак настоящим. Не цвета и не буквы. Преданность — она куда выше простой верности. Это решение быть с человеком. Несмотря ни на что. Его слова прозвучали с такой искренностью, что я застыла. «И в горе, и в радости, в болезни и в здравии…» — пронеслось в голове. К горлу неожиданно подкатил комок. Я никогда не винила Петра, что он ушел. Было больно, но разве можно винить за желание быть счастливым? Только вот эти клятвы… мы давали их когда-то друг другу. Он кружил меня тогда на руках… Да. Преданность. Решение быть, несмотря ни на что. — А ты? — спросил он и поднял на меня свои удивительные темные глаза. — Я… согласна, — выдохнула я, отгоняя воспоминания. — Сложно что-то добавить. Очень мудрые слова… для твоего возраста. Я осеклась, поняв, как это прозвучало. — Моего возраста? — мгновенно подхватил он. — Просто… такие мысли, кажется, приходят людям гораздо позже. К годам пятидесяти? Когда начинаешь рассуждать душой, а не только чувствами. — Забавно, Рина, — он хмыкнул. — Но мне около ста лет, по человеческим меркам. Так что возраст, когда я начал рассуждать душой, я, пожалуй, уже прошел. — Что? — Драконы взрослеют раньше. В полгода мы уже говорим и бегаем, в год — читаем. А когда пробуждается дракон — нас отправляют на фронт. Так что по вашим меркам мне лет тридцать пять. По нашим — около сотни. Я ошарашенно смотрела на него. Вот это новости… — Но… значит, ты скоро умрешь? — сорвалось у меня, и я тут же сжалась внутри от собственной бестактности. Но разговор тек так легко, мы были так близки сейчас… Асмир рассмеялся. Настоящим, теплым смехом, который заполнил комнату. — Рина, для жены дракона ты знаешь удивительно мало. Нет, я не умру. Драконы живут в полтора-два раза дольше людей. Как и наша… истинная пара. — Истинная? — переспросила я. — Да. Единственная. Та, с которой дракон может создать новый, свой собственный род. Связать с ней судьбу на уровне душ. — Он замолчал, и в его глазах промелькнула усталость. — Раньше их встречали чаще. Говорят, сейчас люди… разучились по-настоящему любить. Удача встретить такую — ничтожна мала. Поэтому мы так цепляемся за свой изначальный род, за родителей. Если дракона вычеркнуть из рода… — Он резко оборвал, и лицо его на мгновение исказила боль. — То изгнанный теряет своего дракона. Он уставился в лист с вопросами, но взгляд был пустым и далеким. А я вдруг резко вспомнила рассказ Лисы. — Ты ведь женился на мне, потому что… тебя… тебя вычеркнули из рода? Лишили титула, а значит, ты потерял своего дракона? Асмир замер. Он поднял голову и посмотрел на меня таким ледяным взглядом, словно я перестала для него существовать. Листок в его руках начал трястись. — Асмир, у тебя руки трясутся… — я подалась вперед, но Асмир резко вскочил на ноги и отшатнулся. — Рина, это не твое дело, — жестко сказал он. — Я просто… переживаю. Прости… Драконы ведь не болеют. Но если тебя вычеркнули из рода, то… Это болезнь д… — Достаточно! — я дернулась от того, как громко он прорычал. — Асмир… |