Книга Академия Драконьего Союза. Это все дракон!, страница 2 – Анастасия Волжская, Валерия Яблонцева

Мой собственный экземпляр тошнотворной кухни – сыр, прогрызенный и переваренный личинками, – я бы, признаться честно, даже ко рту поднести не смогла. Секретарь отца, чья записка была приложена к посылке, утверждал, что это своего рода деликатес, несмотря на отвратительное содержимое. И Ран, светловолосый схолар-старшекурсник из мелкого северного княжества, пару лет назад получивший своего дракона и в этом году отвечавший за испытание, блюдо одобрил, добавив со зверской усмешкой:

— Видела бы ты, что выбрал Гросс. Сам обещал приготовить прямо к испытанию. Не такая изысканная мерзость, как твоя, но я тебе скажу, фантазия у парня что надо. Кому-то придется очень несладко.

Я скривилась, как будто уже попробовала неведомую гадость. Упоминание успехов Лео Гросса вызывало у меня не меньшее раздражение, чем предстоящая дегустация. Проще было бы совсем не замечать его, но нет. С тех пор, как в академии оказалось целых два ментально сильных сциллийца, претендовавших на единственное для маленькой страны место драконьего наездника, нас сравнивали все, кому не лень.

Золотая девочка, дочка мэра сциллийской столицы, и бедный парень из трущоб. Посредственная ученица, добившаяся средних успехов лишь за счет упрямства, зубрежки и, как утверждали некоторые, отцовских денег, и один из лучших схоларов на курсе.

Скауты отыскали его на год позже, чем меня, и тем не менее он умудрился перескочить через курс, за три года освоив обязательную программу. Учеба давалась ему легко – там, где мне приходилось ночами штудировать книги и наматывать лишние круги по тренировочной площадке, он достигал тех же результатов без видимых усилий. Наставники уважали его, девчонки строили глазки. Высокий, статный и черноволосый, как и полагается коренному сциллийцу, он не мог не притягивать взгляды. И никого не смущало, что семья Гросса держала захудалый трактир, а у него самого не было ни гроша за душой. Если он добудет для Сциллии дракона, деньги и статус появятся сами собой.

Что до меня, в случае провала отец меня просто убьет.

Так что проигрывать я не собиралась.

* * *

На испытание, назначенное после заката, незадолго до комендантского часа, мы пришли бледные, но решительные. На лице Эйи читалась обреченная уверенность в провале, два парня с севера, где ферментированная рыба считалась деликатесом, смотрели на всех с оттенком снисходительного превосходства. Остальные держались где-то посередине. Украдкой я бросила взгляд на Лео, но сциллиец выглядел невозмутимым, ничем не выдавая волнения.

Признаться честно, это немного пугало.

Четверо старшекурсников уже ожидали нас. На столе рядом с ними стояли десять подносов, закрытых плотной магической крышкой, не пропускавшей запахи.

— Итак, – объявил Ран, пересчитав собравшихся претендентов, – да начнется битва самых стойких носов и луженых желудков! Победитель получит зелье от несварения и прилив уверенности в успешном прохождении ритуала. И пусть Крылатая рассудит, кто из вас достоин подчинить себе ее детей.

Первой свое блюдо открыла Эйя – видимо, решив, что от Крылатой не убежать. И первой же сдалась, с визгом отшвырнув поднос, на котором лежал жареный паук.

— Фу-у! Гадость какая!

— И ничего не гадость, – обиделся Руни, смуглокожий схолар из маянов, который уже во второй раз проходил ритуал. – На вкус уж точно приятнее той серой бурды, которую нам подают за завтраком.