Книга Драконий цветок, страница 53 – Аннa Шнайдер

Нет, я готова была поверить, что он на самом деле жалеет — когда ты много лет не человек, а ящерица, не пожалеет о своих ошибках лишь полнейший идиот. Но в моей голове не укладывалось, как при этом можно ставить на первое место не снятие проклятья, а моё прощение. Как можно говорить, что согласился бы быть чудовищем, лишь бы его добиться?

Почему моё прощение для Рейгарда важнее собственного благополучия? О Великое Пламя, по моей логике такое возможно только в одном случае, но я в подобное объяснение не верила ни капли.

Причина должна быть в ином, точно не в любви. Какая ещё любовь? Мы с Рейгардом не виделись семь с лишним лет, и за эти годы он ни разу не интересовался, где я и что со мной. Уверена, если бы он сделал это, то уже узнал бы о существовании Кассандры. Но наследнику просто было всё равно. Значит, дело не в любви, а в угрызениях совести, которые настолько сильные, что он готов пожертвовать собой, лишь бы от них избавиться.

Это казалось мне удивительным и странным, но с другой стороны — я ведь и не совершала никогда таких поступков, как Рейгард. Не унижала, не оскорбляла, не смеялась над чужими чувствами, не воровала ни у кого деньги просто для того, чтобы посмотреть, что человек будет делать. Разве такое поведение достойно наследника престола? По-моему, нет.

Кстати, Рейгард не сказал, но понятно и без объяснений, что до звания мэтра он тогда не дослужился. После того, как проклятье подействовало, вряд ли он мог продолжать практику — возле Рольских гор нельзя находиться слабым магам. В тех местах постоянная магическая аномалия, из-за которой вечно что-то случается — то сходят оползни с гор, то извергаются вулканы, то начинают бесноваться животные или люди, то заклинания сбоят и вместо льда создаётся огонь, то восстают мёртвые и начинают бродить в окрестностях. Люди восстают редко — всё же не зря у нас существует традиция сжигать погибших как можно скорее, — а вот умершие звери и птицы очень даже. Причём они ещё и трансформируются, изменяются, становясь непохожими на себя при жизни и превращаясь в каких-то монстров из страшилок.

В общем, возле Рольских гор постоянно находятся боевые маги — иначе никак. Остановить взбесившуюся магию можно лишь магией. В чём причина подобной аномалии, точно неизвестно, но я читала, что дело в природном источнике силы, который находится в недрах этих гор и постоянно соприкасается с бушующей в них лавой. От этого он увеличивается в размерах, начинает беспокоиться и в конце концов бесконтрольно фонтанирует свободной магией, которая по пути может преобразоваться во что угодно и как угодно воздействовать на окружающее пространство. Предсказать, когда и что именно случится, невозможно, и боевики обычно разбирались с неприятностями в процессе их возникновения. Не все, конечно, — часть выпускников боевого факультета предпочитала становиться дознавателями, охранниками, заниматься внутренней безопасностью, но не касаться непредсказуемых Рольских гор. Однако для того, чтобы получить звание мэтра, а затем и магистра, требовалось пройти две практики именно там. Насколько я помню, чтобы получить мэтра, нужно было отслужить два года, а вот магистра давали только ещё через восемь лет службы. По этой причине магистров в Эрдерии можно было по пальцам пересчитать.