Книга Драконий цветок, страница 42 – Аннa Шнайдер

— Вы ни к чему не будете принуждать ни мою дочь, ни меня, — произнесла я с нажимом. — Поможете ей с оборотом, но, если она не захочет оставаться в замке на постоянной основе, не станете ей мешать. Взамен я сделаю всё возможное, чтобы снять с Рейгарда проклятье. Я не верю, что оно снимется, если я выйду за него замуж, уж простите. С чего вдруг?

— Дело не в замужестве, Аделина, — перебил меня Себастьян. — Конечно, если вы просто согласитесь выйти замуж, ничего не получится. Проклятье исчезнет, если вы простите моего брата. И вновь полюбите его.

Несколько секунд я смотрела на второго наследника как на ненормального, а затем призналась:

— Мне проще полюбить вас, чем Рейгарда.

— Это лестно, — хмыкнул Себастьян. — Но я надеюсь, что вы не вздумаете претворять подобное в жизнь. Я хочу, чтобы вы сняли проклятье. Сосредоточьтесь на этом. В целом мне без разницы, как именно вы его снимете, и если обойдёмся без замужества, я буду рад не меньше. Однако помните: только в этом случае я не отправлю вас на смертную казнь.

— А Кассандра?

Меня волновала только дочь.

— Я дам вам неделю, чтобы признаться в её наличии Рейгарду. Затем нужно будет забрать девочку сюда, в замок, и начинать подготовку к первому обороту. Естественно, мы поможем ей, но только от вас зависит, будет ли она здесь счастлива.

В целом всё понятно. По сути, Себастьян намекнул на то, что если я сниму проклятье — получу что хочу, и никакой ответственности за сокрытие драконицы не настанет. Но если не сниму…

— Вы думаете, это очень эффективно? — от иронии я не удержалась. — Угрожать мне? И если я буду знать, что у меня нет выхода, то проклятье получится снять быстрее? Полагаете, так это работает?

— А вы предлагаете действовать как-то иначе? — Себастьян в ответ тоже иронично изогнул брови. — Всё вам позволить и простить? И Кассандру научить, и никак не наказывать, и разрешить не общаться с Рейгардом? Я же понимаю, что он вам неприятен. Нет, Аделина, так не бывает. Если вы хотите что-то получить — вы должны отдать взамен. И я вам не угрожаю, всего лишь озвучиваю перспективы.

Ну да, конечно. Перспективы.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — Себастьян встал с дивана и посмотрел на меня сверху вниз с таким выражением на лице, будто собирался в ближайшее время откусить мне голову. — Неделя. Проводите время с Рейгардом, рассмотрите его розу проклятья, признайтесь в наличии дочери. Пока это всё, что от вас требуется. А дальше посмотрим. Согласны?

Соглашаться не хотелось, но я отлично понимала: условия Себастьяна — максимум, на что я могу рассчитывать.

Поэтому я ответила, кивнув:

— Да, согласна.

Нервно потряхивать меня начало минут через пять после ухода второго наследника. Обычное дело для меня — так уж я устроена: в процессе неприятного разговора могу быть более-менее спокойной, зато потом трясусь от отката. А трястись было из-за чего — у Себастьяна хватит сил и возможностей размазать меня, раздавить, заставить подчиняться. По сути, если бы не проклятье Рейгарда, я не отделалась бы легко, никто не простил бы мне сокрытие Кассандры. И плевать, как со мной в прошлом поступил Рейгард — ему за это точно ничего не будет. Вся ответственность достанется мне.

Хорошо, что Касси считает иначе. И я надеялась, что, даже когда дочка окажется в замке, её вера в меня останется непоколебимой, несмотря на то, что её новоиспечённые родственнички наверняка будут пытаться очернить меня. Я не сомневалась, что Касси сразу же начнут лить в уши всякие гадости и наверняка попытаются сделать меня виноватой в той старой связи с Рейгардом. Мол, принц ничего плохого не хотел, он за мной искренне ухаживал, но я возомнила о себе гарны знают что, убедила себя, что он на мне женится, начала задирать нос — вот Рею и пришлось жёстко осадить меня на балу. А в том, что после этого мне не давали проходу в академии — каждый считал своим долгом вытереть об меня ноги, — никакой его вины, разумеется, нет. И беременность я скрыла, чтобы банально отомстить.