Книга Дочка для ведьмы с ребенком, страница 43 – Алла Гореликова

Уже в спальне Костя, снова обняв, спросил:

— Ты обиделась?

— Разве что самую малость, я же приличная девушка и должна немного пообижаться, — почти на автомате отшутилась я, но потом, прислушавшись к себе, ответила честно: — Нет, на самом деле не обиделась. Все нормально, Костя.

— Точно?

Я кивнула:

— Да. Макс прятал от семьи, понимаешь? А ты о нас заботишься, ты работаешь для семьи, как и я, — честно сказать, Костя вообще был на редкость «домашним», мне это в нем нравилось и временами даже умиляло, но вслух этого говорить не хотелось.

— Маффины были вкусные, — похвалил меня Костя, закрывая неприятную тему. Я кивнула и шепнула ему на ухо, слегка прихватив мочку:

— А еще от них губы сладкие и шоколадом пахнут. Хочешь проверить?

— Проверим, — с улыбкой согласился мой любимый, и мы долго, неторопливо и нежно целовались, не переходя к чему-то большему. Я гладила его плечи, он ласково перебирал мои волосы, пропуская пряди между пальцами. Каким-то непостижимым для меня образом Костя ухитрялся совмещать поцелуи с подпиткой, и это было волшебно: я словно купалась в его тепле, нежность захлестывала с головой, заставляя петь сердце, а еще я точно знала, что маленькие тоже чувствуют это.

— Мама и папа любят вас, — прошептала я им, засыпая.

— Точно, — и Костя положил ладонь на мой живот. Погладил бережно: — Спокойной ночи, детишки.

Я заснула, чувствуя его тепло и тонкий, почти незаметный ручеек энергии, идущий из его ладони — к детям.

Утром Костя пошептался о чем-то с Олежкой и сразу же после завтрака заявил мне:

— Маришка, мы по делам.

— По каким делам? — удивилась я.

— По мужским, — важно заявил сынуля. Я невольно рассмеялась, очень уж комично прозвучало.

— Ладно, мужчины, ступайте по своим важным и секретным мужским делам, а я буду варенье варить.

В подвале под чарами сохранности стояло два ведра яблок — спелой падалицы, которая долго храниться не будет, и чары не помогут. А мне все некогда было заняться… И все-таки интересно, что у них там за дела? Я считала, что с воспитанием сына лучше справится отец, тем более Олежка должен вырасти сильным огневиком, как Костя. Но сознательно отстраняться, не лезть, когда с чем-то не согласна, когда мужские методы кажутся слишком уж суровыми, было тяжело. «Ничего, — утешала я себя, — вот родятся девчонки, эти уж будут моими! Или хоть одна девочка… А что? Мальчик и девочка, Мишенька и Тонюшка, не зря же эти имена первыми придумались?»

Варенье — это всего лишь варенье, не снадобья. Но никто не мешал поэкспериментировать, да и Полева упоминала как-то, что самые простые наговоры можно использовать почти везде. Я напевала наговор на здоровье и благополучие, помешивая томящееся на самом малом огне варенье, и казалось, что в яблочный дух вплетаются особенные солнечные нотки, а в пенке запутались блики золотистого света. Приятно все же готовить для своих близких что-нибудь особенное. Я отложила ложечку еще жидкого варенья на блюдце — вдруг стало интересно, каково оно на вкус. Хотя наговоры никак на вкусовые качества не влияют, и я прекрасно это знала.

И все же мне чудилось, что вкус немного другой. Более яркий, насыщенный. И впрямь солнечный. Это варенье нужно сохранить до зимы, до холодов — оно не просто напомнит о лете, а еще и согреет. И обязательно угостить Веру и бабу Настю.