Книга Исцеление любовью, страница 91 – Снеталия Морозова

Женщины закивали.

Я обняла и поцеловала Белогора, потом обняла и поцеловала Влада, благословляя на бой. Желая победы!

Развернулась и пошла на поляну, за мной пошли женщины из стаи Черных, что пришли вместе с мужчинами, к нам стали присоединяться Серые волчицы.

Только мы зашли за деревья, услышали надвигающийся шум от бега зверей.

Я закрыла глаза, произнося заклинания, прося у деревьев создать барьер, скрывая нас от глаз и нюха врагов.

Поляну заполоняли полчища серой массы диких волков. Они были впереди, за ними на коне скакал Халим и еще кто-то крупный.

По команде тысячи волков остановились, с их морд стекали слюни, они были голодны.

С коня спрыгнул Халим и демон. Демон принял облик своей сути. Огромный демон. Кожа красного оттенка, большие рога, длинный массивный хвост. Это демон зла, власти, демон – убийца.

— Сдавайтесь! Будете жить под моим началом. Мои волки голодны, вас порвут и съедят.

Халим говорил это с ухмылкой, не спеша.

— Вас мало, мы раздавим вас..

— Хватить пиздеть! Оборачивайся и сражайся, шавка! За нами судьбы! За тобой - голодные твари! Красный, ты со мной!

Красный захохотал, сотрясая воздух. Мы смотрели за нашими мужчинами, трясясь от страха.

Мой Влад стал расти. И я впервые увидела своего демона во всей его сути. Огромный демон. Смуглая кожа, красные глаза, огромные витые рога, длинный черный хвост, татуировка на огромных мускулах светилась. Он был без одежды, лишь в повязке набедренной, сплошные мышцы, вены.

— Уравнитель! – громыхнул Демон Зла.

— Зло!

— Можно! – выкрикнул Халим.

Стая голодных шавок рванула на наших мужчин. Копья так и остались в повозках.

Пока мой Влад шел к демону, он раскидывал диких волков, разрывая пасти, давя из ногами.

Но диких было много. Тысячи. Мы видели, как по десять зверей запрыгивали на одного оборотня. Медведь мой десятками рвал их, двигаясь к Халиму.

И тут мы услышала первый скулеж оборотня. Это ни с чем не спутаешь. Первый! Наш!

Сердца наши остановились на миг.

Я выбежала на поляну, собрала ветки заклинанием, разожгла костер. Руками позвала женщин, создавая круг. Мы встали в круг вокруг костра, обнялись, и я запела.

Ты - моя нежность; ты - моё небо;
За тобой встану, где бы ты не был.
Ты - моё сердце; ты - моё чудо;
Обниму нежно, и с тобой буду.
Повторив несколько раз, женщины запели со мной. Костер разгорался, возвышаясь в небо. Мы пели как гимн, громко, передавая всю любовь, слыша, как мужчины зарычали, завыли.

Я почувствовала страх врагов, да.

Птицы поднялись в небо, звери стали выходить из леса. Зайцы, лисы стали пробегать под лапами волков, путая их, сбивая, отвлекая, убегая. И так снова и снова. Птицы набрасывались, пытаясь выклевать глаза волкам. Многие погибали. Я это слышала. Лес шумел, болел за своих жителей.

Мы пели песни о любви, о страсти, о нежности.

Напротив меня стояла Гарма и Радина, и вдруг я увидела через блики огня ужас в их глазах и крик отчаяния Гармы, её взгляд за мою спину. Повернула резко голову, увидев стрелу у своего глаза и красивую женскую ручку, что так ловко её перехватила, спасая меня от смерти. Передо мной красавица с черными кудрявыми длинными волосами, зелеными глазами.

— Привет, Стеша.

— Аглая?!

Я не успеваю охренеть, не успеваю понять, не успеваю…

Обнимаю её быстро, она в ответ. Она тут же встает со мной, мы переплетаем руки на плечах, и начинаем петь. Но теперь песня не как гимн звучит, а как марш. Аглая задает ритм, мы начинаем на счет качаться и топать. Огонь уже полыхает в костре до самого неба. Под ногами земля начинает дышать, двигаться, я слышу звук воды.