Книга Исцеление любовью, страница 51 – Снеталия Морозова

— Наших шестеро, - сказал Гор. – врагов - около сотни.

Я подняла глаза.

— Белогор всех рвал, - сказал воин, которого залатала.

«Люблю! Люблю! Люблю! Держись, любимый! Найду тебя, держись! Не жить Халиму».

Метка загорелась, я улыбнулась.

Оборотень, что был исцелен, принес мне волчицу, положил под руки.

— Метка.. живая она... Прошу, ведьма. Она детей уносила, напали сзади, не дышит, но, может, сможешь. Истинная моя, Хара.

От холки по всему хребту сочилась глубокая рана у волчицы.

Я положила руки, волчица была холодная, тепла не было вообще, я не чувствовала. Согнулась к телу. Руки мои были как печки, надо было чем-то другим ощутить, услышать. Я скинула повязку, оголив шею и немного груди, легла рядом. Все стояли вокруг: охраняли, смотрели, молчали, думаю, еще и молились. Я обнала волчицу руками и ногами, произнося заклинания, посылая силу и тепло своё в её тело. Я понимала, она закрылась, спряталась, боится, больно ей, но волчица её сможет.

— Девочка моя, давай, иди ко мне, муж тут твой ждет, детки. Иди ко мне, иди домой, моя девочка, давай, моя хорошая.

Муж её всхлипнул.

Я запела: «Скоро солнышко проснется, снова Хара к нам вернется. Умница, красавица, чтоб Луне понравится. Коты серые, коты белые, забирайте хворь, разбудите девочку Хару. Теперь она смелая! Отважная!»

Волчица заскулила, послышался и негромкий скулёж истинного её. Она поднялась на лапы, я села, опустив руки, тяжело дыша. Я была вся в крови, силы - на исходе, но я была очень довольна, очень!

Хара стала лизать меня, слизывая мои слезы, кровь. Истинный её упал мне в ноги, целуя подол платья.

Я посмотрела еще на четверых раненых и узнала среди них Рубиля.

— Рубиля давайте.

Гор поднял волка, укладывая передо мной. Гарма молча обняла меня за талию, я утопила лопатки в её мягкое женское тело, в теплую грудь. Её держала Радина, сидя к ней спиной.

Рубиль поднялся.

— Ну что, красавчик, рано ты умирать собрался. Жениться, кто обещал? На свадьбе погулять на твоей хочу, - я пыталась шутить.

Снова пила жадно. Я выпила ведро, наверное, но в туалет не хотелось, вода во мне трансформировалась в силу похоже.

Вдруг все встрепенулись, прислушиваясь, мужчины пошли к воротам. В ворота забежал огромный черный волк, просто огромный.

— Гарма! Гарма! Я опускала голову, выискивая накидку.

— Стеша, это вожак, Даркаф это.

Его окружили, рассказывая о том, что произошло. Уловила лишь то, что в стае всё спокойно, альфу Зули отправила, сказав, что с Маришей что-то страшное стряслось. Оборотни говорили, что не учуяли посторонних, что моревом волки Халима пользовались.

Я начала лечить.

Подняв глаза к небу, просила сил, один остался волк.

Исцелив последнего волка, я посмотрела на руки. Они были увиты венами, жилистые и трясущиеся, развернула ладонями кверху, кожи не было, сплошное мясо. Я завалилась.

Меня подхватили на руки, понесли.

— Коней снарядить, амбары закрыть, одежду необходимую с собой, все в стаю. Гор, сколько волков?

— Восемнадцать волков, семь волчиц и волчата, Лара не нашли, на вышке он был. Он от застолья отказался, Рубиль должен был стоять на посту, Лар вызвался.

— Ясно.

Отдававший приказы вожак держал меня крепко, кто-то поверх укрыл плечи мои теплым одеялом.

— Бура искать надо, Даркаф…

— Найдем его, Стеша, найдем твоего Бура, нашего владыку, сильный он, вон - всю стаю Халима повалил.