Книга Исправительный лагерь для ведьмы или Бюро добрых дел, страница 67 – Елизавета

— Ты невероятная.

— Спасибо. Ты тоже ничего.

Мелодия закончилась, ей на смену полилась нежная, чарующая и медленная. Люди из толпы разбились на пары и качались в такт, обнимая своих вторых половинок. Демьян обнял меня за талию, протянул к себе и бережно обнял, увлекая в танец. Благо тут сложный движений не требовалось, качайся себе из стороны в сторону и хватит. Между нашими лицами остался считанный сантиметр, я чувствовала мёд на его губах и этот вкус дурманил крепче самого напитка.

— Ты очень красивая, Василиса.

Я смутилась, неловко заправила прядь за ухо. Ох, сто лет не была на свидании, тем более в другом мире, так что сейчас просто не знала, как себя вести. Мне казалось, что я всё делаю не так: говорю не так, двигаюсь не так, выгляжу тоже не так.

— Да, теперь от меня глаз не отвести, - хмыкнула я, разглядывая свои молодые руки, не то, что вчера.

— Значит, проклятье спало? - как-то не радостно спросил Демьян.

— Да. Я больше не старуха. Три добрых дела сделаны, теперь я-снова я. Больше никаких кривых зубов и горба.

— Ты была всегда красива, что днём, что ночью.

Я робко улыбнулась, подняла глаза на парня, который оказался слишком близко к моим губам и оторопела. Если бы я захотела, стоило всего чуточку потянуться, и наши бы губы встретились, но ведьмак опередил меня в этом порыве.

Мы прильнули ближе, бережно вторгаясь в пространство друг друга. Я мягко зарылась в волосы Демьяна и притянула к себе, углубляя поцелуй. Как мне этого хотелось, с первой встречи, ну ладно, может со второй, но уже очень давно. Бабочки просто пришли в восторг. Музыка стихла, а мы целовались и целовались, жадно воруя друг у друга воздух. Не знаю, прилично ли было вот так целоваться у всех на виду, стыд во мне скромно сидел в углу, пока возбуждение управляло телом. Наконец отстранившись, Демьян крепко впился в мою талию и не мог отвести глаз. Его голубые радужки, как-то потускнели, либо же у меня от восторга помутнело в глазах.

— Не надо было тебе снимать проклятье.

Его слова, как гром среди ясного неба остудили мой пыл.

— Что? Почему? - опешила я, не сразу осознав, как мы перескочили от поцелуев к таким разговором. Может обратно, в негу блаженства?

— Проклятье защищало тебя

— Да, я знаю. Кот и блюдце говорили, про защиту от ведьмаков,- я улыбнулась, всё ещё надеясь, что наш разговор не серьезный, - Но разве нужно мне тебя бояться?

Слова показались глупыми. Демьян столько раз меня спасал, рисковал жизнью, помогал, глупо было ему не доверять. Но чутьё от чего-то пришло в волнение.

— Глупая ведьмочка, - ведьмак бережно провел костяшками пальцев по моей щеке, вызывая дрожь, - В другой жизни у нас могло бы что-то получиться. Мне жаль, Василиса. Мне правда жаль.

— Не понимаю, - я отчаянно замотала головой, прогоняя тревогу и тут почувствовала, что слабею. Руки перестали слушаться и повисли, ноги обмякли и, если бы не Демьян, держащий меня в объятиях, я бы уже лежала на полу.

Язык не слушался, но слова мне были не нужны, сердце и так ощутило, что его предали. Мыслями, я всё вертелась вокруг правды, стараясь понять, сложить, догадаться, но от боли в груди по щеке скатились слёзы. Это неправильно. Так не должно быть.

Демьян подхватил девичье тело и вынес из Терема. Когда он впервые взял её на руки, там, на Летучем Корабле, то почувствовал, что сердце немного ускорило свой бег. Во второй раз, после встречи с волками, он ощутил необъяснимое волнение от близости. Сейчас же он горел рядом с ней. Горел и с каждым шагом мучался от боли, что должен с ней расстаться.