Книга Избранные небесами, страница 48 – Анна Панкратова

— Моя первая и единственная любовь до тебя — Робин. Понятия не имею, кого и почему он так стремится прятать. Вечером узнаем. Меч я не отдам. Успокоительное пить не стану. — Деймонд вскинул брови, пристально смотря на Феликса. Тот всерьез обиделся.

— Да не я знаю, кто она! Даже имя! Ее… хм, ее все эти годы словно бы прятали от тебя, меня. Кто же она такая?

— Моя мать, — хмыкнула Харпер. — Хотя тогда успокоительное стоит принять мне, а не Деймонду.

— У них ребенок. Исключено.

— Брата ты тоже не видел. Кто сказал, что ребенок существует?

— Ребенок существует, — ответил Феликс. — Ребенка я видел. Его зовут Джек, кстати. Знал? Милый мальчишка.

— Нет, — дернул плечами Деймонд. — Но она-то кто? К чему такая таинственность? Ерунда какая. Может, она грех?

— У них ребенок, — напомнил Феликс. — Полу-грех? Но опять же, зачем тебе злиться? Не сходится.

— Вечером узнаем, — без эмоций ответил Деймонд, но Харпер догадывалась, какая буря в нем кипела.

Дверь снова хлопнула и в столовую забежала запыхавшаяся Офелия. Обвела всех счастливым взглядом и указала на Харпер.

— Я выбрала нам платья! О, это восторг!

— Ты же понимаешь, что не идешь на бал? — осторожно уточнила Харпер: сейчас будет истерика. Не прогадала.

— Иду и точка!

— Не идешь и запятая, Офелия, — ответила в тон Харпер. Полу-грех надула губы. — Там будет твой отец.

— Да, но… платья потрясные! Пойдем посмотрим! Пожалуйста!

Деймонд вытащил кошелек из кармана, протянул Харпер. Она осторожно взяла его в руки.

— Уверен?

— Разумеется. Иди, тебе нужно платье.

— Я на пару часов, не больше. Я буду рядом, когда придут Дженсен и его жена.

— Знаю. Иди. — Деймонд поцеловал Харпер в щеку и требовательно толкнул к выходу. — Выбери самое красивое платье. Потом подберем мне костюм в тон.

Харпер позволила Офелии утащить себя в магазин. Та щебетала без остановки, умело съезжала с темы таинственной жены Дженсена, заставила Харпер померить десяток платьев, пока они не выбрали самое потрясающее.

Деймонд волновался. Нет, скорее паниковал. И его отец был виноват в этом! Вместо того, чтобы молча уйти, наплел бред про успокоительное, заставил всех гадать, кто эта таинственная женщина.

Харпер права: очевидно, он ее знает, но даже представить не может брак с кем может настолько разозлить его, что потребуется отнимать у него меч. Офелия? Хм, да даже с этим он смирится, если честно. Да, обидно за маму, настолько низко он с ней поступил, когда врал и изменял за спиной, но прошло много лет. Все остыли. Смирились.

Тупик. Полный. И полные трусы нервозности.

— Деймонд, — несмело заговорила Харпер, садясь на подлокотник кресла, на котором он сидел. Вот-вот настанет май, поэтому камин перестали разжигать, а сквозь большие окна проникало весеннее солнце. Уже теплое и приятное. Они ждали Дженсена и его жену в гостиной Феликса в Санкт-Петербурге. Решили, что обсуждать убийство Кейлуса безопаснее всего в мире Солнца: тут меньше ушей.

— Я не хочу говорить, — ответил Деймонд. Смягчил тон, ведь не хотел обижать Харпер. — Я тебя очень люблю. Но давай помолчим? Пожалуйста.

— Просто помни, что я всегда рядом. Всегда с тобой. Ты начнешь метать кинжал — я тоже.

— Не буду я ничего метать, — устало заметил он, спрятал лицо в ладонях. Кто же это может быть⁈ Нет в мире никого, чье замужество с его отцом взбесит его!