Книга Избранные небесами, страница 189 – Анна Панкратова

— Потрясно! Тайская еда такая вкусная!

Феликс вышел на сцену, склонил голову, купаясь в аплодисментах. Широко улыбнулся, лукаво оглядывая собравшихся.

— Следующую песню я хочу посвятить своей семье. Без вас моя жизнь не была бы столь прекрасна.

Заиграли живые инструменты, полился чарующий голос Феликса, а люди разделились на пары. Рядом с Харпер тут же возник Деймонд и галантно протянул ей руку.

— Могу я жену забрать на танец? — спросил он у Офелии. — Тебя жених ждет.

Офелия резко обернулась, понеслась в объятия Колда. А Харпер очутилась рядом с Деймондом. Его руки на ее талии, чарующие глаза не выпускают из своего плена.

А внутри только спокойствие и тишина. Все так, как и должно быть.

Харпер и Деймонд зашли в уютную гостиную дома Колда и Офелии. Вроде уже несколько месяцев новоиспеченная пара живет тут, а привыкнуть так и не удалось, что теперь Офелия королева, которая ночует в огромном замке вместе с Зимой-королем.

Появилась хозяйка с младенцем на руках. Счастливая до невозможности, снова худая, в обтягивающие платье, с макияжем — словно не она родила неделю назад!

— Наконец! — заявила Офелия, передавая Харпер на руки ребенка.

Харпер опешила. Да, дочку Феликса она держала на руках, далеко не раз, но не когда она была настолько мала! Первые недели Сэм не позволяла чужим трогать Аврору! А тут… такой кроха! Такой хрупкий!

— Вот так, — помог Деймонд правильно уложить на руки мальчишку, улыбнулся ей. — Кто уже пару недель, как тоже планирует…

— Он потрясающий! — перебила Харпер, не желая, чтобы Офелия слышала об их планах. Она обязательно поделится новостями, но тогда, когда они появятся. Кто знает, сколько им понадобится времени, чтобы зачать? Месяц? Год? Дольше? Вдруг, вообще не удастся⁈

Вдалеке на диване нашлись Феликс и Сэм с их дочерью. Помахали, но подходить не спешили — малышка плакала и капризничала.

Харпер прижала к груди маленькое спящее чудо, не веря, что такое тепло вообще возможно ощущать. Поток мальчика хоть и слабый, но яркий, заметный, очевидно, он станет сильным темным, когда подрастет.

— Назвали Томас, — сказала Офелия. — Колд в столовой со слугами накрывает на стол, так что ужин скоро будет.

— Как Колд в роли отца? — спросил Деймонд.

— О, отлично! Ощущение, что это его сын. — Офелия взяла Томаса на руки, поцеловала в лоб, и малыш закряхтел, но так и не проснулся.

— Поздороваюсь с Феликсом, — сказал Деймонд и отошел к другу.

Харпер склонилась к Томасу, не в силах налюбоваться им. От улыбки уже болел рот, но невозможное было скрыть эту радость — так давно Офелия мечтала стать матерью.

— Постой-ка, — заявила вдруг Офелия. Отошла к кроватке у окна, чтобы уложить Томаса. Вернулась к Харпер и требовательно задрала ее блузку, приложила руку к животу. Бесцеремонно ворвалась в поток, в личное пространство, с таким видом, словно имеет на это полное право! — О! Ура! Девочка или мальчик?

— Что? — не поняла Харпер. Тело, напротив, догадалось сразу. Сердце бешено колотилось, бросило в жар, а обида подступила к глазам слезами: не так она хотела узнать об этом! — Офелия, мать твою!

— Ты не знала? Хотя да… — Офелия посильнее вжала руку в живот, схватила вырывающую Харпер за спину, не давая ей отойти. Облизала губы, задумчиво щурясь. — Думаю, дней десять. Максимум — пятнадцать. Правда, не знала?